Жизнь и деятельность императора нерона. Оклеветанный нерон

Содержание статьи

Главное по теме

Нерон – последний римский император из династии Юлиев-Клавдиев, который правил с 54 по 68 годы нашей эры.

Ранние годы

Будущий император родился в 37 году нашей эры в богатой семье патрициев – в роду Домициев. В 47 году умирает отец Нерона, ходили даже слухи, что жена его отравила ради богатства.

Тогда в Римской империи было много заговоров и интриг. Так жена Клавдия хотела убить его, но её разоблачили и казнили. В 49 году император Клавдий женится на , усыновляет её сына Нерона и тот становится законным наследником римского престола.

В учители к Нерону приставили знаменитого римского философа Сенеку, чтобы тот занялся обучением будущего правителя. Продвижением к власти Нерона занималась его амбициозная мать – Агриппина – она устраняла всех конкурентов сына и уничтожала всех, кто принести ему вред.

Правление Нерона

Нерон становится императором в тот же день, когда умирает император Клавдий. Он становится правителем огромной империи, когда ему исполняется всего лишь шестнадцать лет. В первые годы правления Нерона совершенно все вопросы решались через мать – Агриппину.

В 55 году Нерон впервые воспротивился матери, полюбив вольноотпущенницу Акту, которую он привез с Азии в Рим. Агриппина, конечно же, была против того, что ее сын связался с рабыней.

Тогда мать решила избавить сына престола, но тот оказался хитрее – он убил единственного, человека у которого были равные права на престол – Британника. Затем Нерон изгоняет мать из дворца и становится полноправным правителем Рима. После этих происшествий он заявляет, что больше никогда не потерпит давления на его персону.

В 58 году Нерон влюбляется в прекрасную и умную девушку Поппею Сабину, когда на то время была женой будущего императора – Отона, которому не удалось быть правителем и года. В 62 году Нерон развел Поппею с Отоном и взял ее в жены, в этом же году она забеременела его наследником.

Тем временем, до Нерона постоянно доходили слухи и о том, что Агриппина хотел лишить его власти. Император действовал и предпринял несколько попыток убить мать. После неудачных попыток Нерон открыто заявил, что хочет убить мать и послал к ней солдат. На этот раз убийство увенчалось успехом, затем он сжег ее тело и похоронил прах в скромной гробнице.

Несмотря на «семейные разборки» молодой император в 55 году занялся административными делами государства. В первые годы он делал все для простого народа, завоевав его любовь и укрепив при этом свою власть. Также император успевал бороться против коррупции. В ходе борьбы многие должностные лица были арестованы, и коррупция пошла на спад.

Нерон также снизил некоторые налоги для простых граждан, из-за чего народ полюбил его еще сильнее. Во время первого половины правления Нерона Рим участвовал только в одной масштабной войне – против Парфии. Но ему также пришлось подавлять множество восстаний в провинциях, причем успешно.

Вторая половина правления – деспотия Нерон серьезно начал меняется в шестидесятых годах, особенно после того, как умер его наставник – Бурр. Его переставили интересовать дела государства, и он все больше уходил в произвол. Император начал казнить всех, кто возражал ему и не нравился.

Нерон погрузился в искусство и начал сочинять поэмы и стихи, выступая на публике, где ему как императору никто не мог возразить. В 64 году в Риме случился огромный пожар и некоторые историки уверены, что за его причинами стоял именно император Нерон, который выехал из города и наблюдал за пожаром с безопасного расстояния.

Нерон обвинил в пожаре христиан и начал восстановлять город, наложив на провинции огромный налог. Множество христиан погибли в результате преследований за преступление, которое возможно не совершали.

В 65 году началось противостояние между императором и Сенатом, так как тот практически полностью утратил власть в империи. Сенат подготовил заговор по свержению императора, но тот сумел разузнать о нем до того момента, как заговор вступил в силу. В течении нескольких дней императору удалось схватить всех заговорщиков.

Последние годы на престоле

После заговора Нерон практически не управлял государство и еще больше углубился в поэзию и спорт. Он даже участвовал на Олимпийских играх в 67 году. Нерон также восстановил массовые оргии, которые порой продолжались по несколько дней. После пожара в Риме, Нерон обложил провинции огромными налогами из-за чего экономика страны упала и провинции обнищали. Все это привело к массовым восстаниям.

Вспыхнуло восстание в Галлии, которое привело к подрыву власти Нерона. Наместник Испании – Гальба объявил себя императором. Когда эти сведенья дошли до Нерона, он понял, что его дни жизни сочтены. На тридцатом году жизни в 68 году, Нерон перерезает себе горло кинжалом, когда слышит копыта приближающихся всадников, которым было приказано пленить императора и придать публичной казни.

Император Нерон – безумец на троне?

Нерон (37–68) — римский император (с 54 года), из Династии Юлиев - Клавдиев. Репрессиями и конфискациями настроил против себя разные слои общества. Остерегаясь восстаний, бежал из Рима и покончил жизнь самоубийством.

Судьба Агриппины Младшей в молодости была не легкой. Ее отец Германик, мать и двое старших братьев стали жертвами преступных козней, ее третий брат, император Калигула, вначале сделал ее своей любовницей, а после отправил в ссылку на Понтийские острова. Клавдий, ее родной дядя, став императором, возвратил ее в Рим, где ей пришлось многое претерпеть от Мессалины.

Агриппина Младшая была выдана Тиберием замуж за Гнея Домиция Агенобарба, о котором Светоний сказал, что это был «человек гнуснейший во всякую пору его жизни». Когда Агриппина Младшая родила сына, ее муж «в ответ на поздравления друзей воскликнул, что от него и Агриппины ничто не может родиться, кроме ужаса и горя для человечества».

Этим сыном был Нерон, а слова его отца, скончавшегося в скорости, оказались пророческими.

Маленького Нерона не интересовало военное дело, он не мечтал о подвигах на поле брани. Его обучали музыке, живописи и другим благородным наукам. В какой-то период времени он увлекался чеканкой, приобщился и к поэзии. Но главное его увлечение было конные состязания.

Высокомерная и жестокая, лицемерная и алчная, Агриппина Младшая была одержима истинной страстью властолюбия. Рассказывали, что как-то раз Агриппина спросила у прорицателей о судьбе своего сына и те ответили, что он будет царствовать, но убьет свою мать, на что она сказала: «Пускай убьет, лишь бы царствовал».

Хоть законы Рима запрещали брак дяди и племянницы, но для Клавдия сделали исключение, и в 49 году Агриппина Младшая сделалась императрицей.

Агриппина взяла власть в свои руки и желала ее сохранить. Потому она добилась, чтобы Клавдий усыновил Нерона. Однако она хотела, чтобы Нерон был игрушкой в ее руках.

Может быть, именно Агриппина организовала убийство Клавдия. О его отравлении, рассказывали разное, но в самом факте отравления сомнений не было ни у кого.

Сразу же после смерти Клавдия Нерона представили как законного наследника, а преторианцам были розданы денежные подарки по 15 тыс. сестерциев каждому.

Преторианцы отнесли его в свой лагерь и провозгласили принцепсом. Их выбор утвердил сенат. Клавдий был обожествлен, а Нерона провозгласили императором с громоздким официальным именем - Нерон Клавдий Цезарь Август Германик.

17-ти летний Нерон, праправнук Августа, начал свое 14-ти летнее правление. Естественно, неопытный юноша, склонный к артистическим занятиям, капризный и избалованный, был не в состоянии управлять государством сам и предоставил это сложное дело своему воспитателю, крупному философу и знатному вельможе Аннею Сенеке и опытному политику, командующему преторианской гвардией Афраннию Бурру. Сенека и Бурр, высоко оценивающие авторитет Римского сената, проводили политику согласия между действиями принцепса и сената.

Приход Нерона к власти проходил спокойно, и народ с энтузиазмом встретили нового принцепса. Легионы и провинциалы надеялись на продолжение политики Клавдия, а сенаторы ждали смягчения автократических тенденций его правления. Сразу же после прихода к власти Нерон начал либеральный курс.

Император Нерон провозгласил свою программу. Он пообещал править в стиле Августа, не разбирать все дела лично, сделать «отделенными дом и сенат» и «восстановить древние обязанности сената». В управлении провинциями Нерон пообещал четко разделить императорские и сенатские.

54 год был отмечен массой сенатус-консультов. Практически все вопросы управления, начиная с подготовки войны с парфянами и кончая вопросом о гонорарах адвокатам, решали в сенате. Ответом были почести, оказанные сенатом: молебствия, на которых принцепс мог присутствовать в триумфальной одежде, его статуя в храме Марса Мстителя из золота и серебра и даже изменение порядка месяцев в году (он начинался с декабря - с месяца рождения Нерона). От всего этого, а также от титула отца отечества император Нерон отказался. В довершение ко всему принцепс отменил два дела об оскорблении величия.

Следующий, 55 год прошел во взаимных реверансах, а в 56 году были проведены некоторые специальные мероприятия проаристократического характера, явно отражающие интересы сенатской верхушки. В 58 году многие из сенаторов получили от принцепса материальную помощь. Наконец, возобновили старый обычай казни всех рабов, находящихся в доме в момент убийства хозяина, кроме этого, к ним добавились и вольноотпущенники.

61 год — отмечено наиболее жестокое проявление этого сенатус-консульта. Когда раб убил префекта города Педания Секунда, видный сенатор и юрист Гай Кассий Лонгин предложил казнить 400 рабов, которые находились в доме в момент убийства. Решение шокировало даже некоторых сенаторов, а народные массы пытались откровенно помешать расправе. И все-же сенат принял решение, а император Нерон обеспечил его выполнение, расставив на пути воинские караулы.

С 55 по 59 год состоялось десять процессов наместников по делам о вымогательствах, и хотя многие из них были оправданы, кампания произвела определенный эффект. Светоний сообщает о мерах против подделок завещаний и особой тщательности суда и судопроизводства. Примечательно, что к концу «пятилетия» борьба с коррупцией затихла, что можно объяснить двойственным отношением к ней сенаторов.

Финансовые мероприятия поспособствовали ослаблению налогового гнета и оживлению торговли и коммерции, а борьба с коррупцией улучшала положение в провинциях. До 59 года признаков волнения в провинциях практически не было.
Во внешней политике период 54–60 годов был отмечен успехами в крупной войне с Парфией.

Вместе с тем на фоне «общего согласия» были и некоторые тревожные симптомы. Вокруг молодого Нерона, пришедшего к власти в 17 лет, боролись две придворные группировки - одна концентрировалась вокруг Агриппины, центром второй стали Бурр и Сенека. Агриппина как мать императора и вдовствующая императрица стремилась играть особенную роль в управлении. Бурр и Сенека избрали другую линию - противопоставление Агриппине самого императора.

С самого начала правления Агриппина стала убирать бывших и потенциальных противников, обеспечивая безопасность престола. В 54 году был убит Юний Силан, брат бывшего жениха Октавии Л. Юния Силана, убитого в 49 году. В след за ним погиб Нарцисс. Вмешательство Сенеки и Бурра прекратило убийства, но положение Агриппины было довольно прочным. Она стала жрицей Клавдия, порой женщина тайно присутствовала на заседаниях сената.

Первое столкновение произошло наличной почве, когда император Нерон влюбился в вольноотпущенницу Клавдия Акте и даже захотел на ней жениться. Это вызвало недовольство Агриппины и поддержку Сенеки и Бурра. Друг Сенеки Анний Серен предоставил свой дом для встреч Нерона и Акте.

Отношения между сыном и матерью ухудшились, императрица была вынуждена изменить тактику, но опала оказалась неизбежной. Принцепс сместил Палланта, после чего Агриппина стала искать союзников в Октавии и Британнике. Наконец, Агриппина сочла нужным напомнить Нерону, что власть он получил из ее рук с помощью преступления, но еще жив 14-ти летний Британник, законный наследник Клавдия.

В ответ на эти действия император Нерон отобрал у Агриппины телохранителей и удалил ее из дворца в дом Антонии. Убедившись в опасности Британника, Нерон решил его отравить и привел решение в исполнение.

Новый конфликт начался в 58 году после встречи Нерона с Поппеей Сабиной, светской львицей и женой друга императора М. Сальвия Отона. Отон был отослан в Лузитанию в качестве наместника, а император начал подготовку к разводу с Октавией и браку с Поппеей, что встретило яростное сопротивление Агриппины.

Борьба между сыном и матерью вступила в решающую стадию.

Первые годы своего принципата Нерон фактически не правил, и его действия показали, что чувственная артистическая натура принцепса, увлеченного играми, зрелищами и театром и при этом участвующего в оргиях, жертвами которых становились даже сенаторы, в перспективе сулила правление, сходное с режимом Калигулы. 59 год был переломным. Под давлением Поппеи Нерон решил убить Агриппину.

Принцепс повелел построить корабль, который развалился в открытом море, но Агриппина смогла выплыть. Узнав об этом, Нерон послал солдат во главе с префектом Мизенского флота Аликетом, который расправился с бежавшей на одну из вилл матерью Нерона.

После убийства принцепс заявил, что Агриппина организовала заговор. Сенека от имени Нерона написал послание, в котором обвинил Агриппину в попытке захватить власть, возмущении сената и народа и, в конце концов, в покушении на принцепса. Формально император Нерон добился поддержки общества. Сенат назначил молебствия, публичные игры в честь Квинкватров и поставил золотую статую Минерве. Нерону, возвратившемуся из Байи, устроили торжественную встречу с поздравлениями. В Рим вернулись многие жертвы Агриппины, а прах Лоллии Паулины торжественно перенесли в столицу.

Жуткое и противоестественное преступление не могло не испортить общего отношения к Нерону. Именно с этого времени человека, сломавшего одну из вечных человеческих ценностей, начали считать способным на все. Но принцепс сделал все возможное, чтобы сделать общество своим соучастником, и из страха все были вынуждены приветствовать убийство.

Император испытал сильнейшее психологическое потрясение и уже не мог править по-старому, понимая, что его репутация окончательно подорвана. С другой стороны, общая внешняя пассивность привела его к мысли о вседозволенности и уверенности, что сила принцепса может подавить все. С гибелью Агриппины император Нерон почувствовал и известное освобождение от контроля, и именно этот противоречивый комплекс страха, вседозволенности, экзальтации собственной личности и создал жуткий образ Нерона второго периода правления.

После событий марта 59 года принцепс начал попытки реорганизации быта. Скорей всего, в этом не было какой-то конструктивной идеи, и Нерон, увлеченный зрелищами и играми, попросту захотел заставить римские верхи сделаться его аудиторией.

В особенности увлекался принцепс пением и игрой на кифаре, хотя голос у него был слабый и сиплый, его неудержимо влекло в театр, на публику. Это был император, для которого лавры актера были желанней, чем власть. Об успехе у публики он заботился больше, чем о сохранении своей власти.

Принцепс жаждал выступать перед публикой. Это было поистине неслыханным делом, потому как к театру и к актерам римляне относились с презрением. Впервые император осмелился выступить с пением перед публикой в Неаполе. Именно в это время произошло землетрясение; по одним сообщениям, театр пошатнуло, но Нерона это не остановило, и он допел до конца; по другим сообщениям, театр рухнул после представления, когда зрителей в нем уже не осталось.

В 60 году были учреждены новые игры - Неронии, которые должны были проводится каждые 5 лет на манер Олимпийских игр. Состязание носило спортивно-поэтический характер: соревновались в музыке, гонках колесниц, гимнастике, ораторском искусстве и поэзии. Показательно, что в программе не было традиционных для Рима гладиаторских боев. На играх председательствовали консуляры, присутствовали весталки, а сам император выступал в ораторских состязаниях.

Принцепс хотел быть соискателем награды наравне с другими актерами. Об этом Тацит повествует так: «Еще до того, как начались пятилетние состязания, сенат, пытаясь предотвратить всенародный позор, предложил императору награду за пение и в добавление к ней венок победителя в красноречии, что избавило бы его от бесчестия, сопряженного с выступлением на театральных подмостках».

Однако император, ответив, что ему не нужны поблажки, вначале выступает перед публикой с декламацией стихов, потом по требованию толпы, настаивавшей, чтобы он показал все свои дарования (именно в таких словах она выразила свое желание), он вновь выходит на сцену.

Известно, что многие всадники (сословие, второе после сенаторского), пробираясь через тесные входы среди напиравшей толпы, были задавлены, а других, которым пришлось просидеть в театре весь день и ночь, постигли губительные болезни. Но еще опасней было вовсе не присутствовать на этом представлении, так как множество соглядатаев явно, а еще большее их число тайно запоминали имена и лица входящих, их дружественное или неприязненное настроение. По их донесениям мелкий люд немедля осуждали на казни, а людей знатных впоследствии настигала затаенная на первых порах ненависть принцепса.

Игры стали второй причиной непопулярности императора Нерона, в особенности среди знати.

Греческая и римская традиции столкнулись, и игры на греческий манер с участием знатнейших людей были в представлении римлян только оргиями и «безобразиями» Нерона.

В 60 году появилась комета, после чего поползли упорные слухи о скором конце правления, тем более что император в действительности заболел. Отношение к нему становилось все более негативным.

Еще более опасным явилось начало кризиса в провинциях и внешней политике. В 61 году в Британии началось крупное восстание иценов во главе с царицей Боудиккой. Правда, в решительном сражении Светоний разбил повстанцев, а Боудикка покончила с собой, но восстание нанесло сильный удар по римской провинции. Второй неудачей был поворот к худшему в войне с Парфией.

События 59–61 годов подготовили поворот во внутренней политике, который проявился во второй период правления. В 62 году умер Бурр. И конечно, пошли слухи, что он был отравлен Нероном. Новыми префектами стали Софоний Тигеллин и Фений Руф. Тигеллин оказался главной фигурой в окружении принцепса и проводником авторитарной политики. Смерть Бурра привела и к отставке Сенеки, который попросил у императора отпустить его на покой. В скором времени были ликвидированы последние династические противники - Корнелий Сулла и Рубеллий Плавт.

В 62 году император навлек на себя всеобщую ненависть расправой со своей первой женой добродетельной Октавией, дочерью Клавдия и Мессалины. Октавию, пользовавшуюся всеобщей любовью народа, обвинили в прелюбодеянии, выслали из Рима и убили. Эти события послужили сюжетом для дошедшей до нашего времени трагедии «Октавия», сочинение которой приписывается Сенеке.

Женой принцепса стала соперница Октавии Поппея Сабина, у которой, по меткой характеристике Тацита, «было все, кроме честной души». Красивая, развратная, жестокая и лицемерная, она была под стать императору, который безумно ее любил. Правление императора Нерона стало приобретать черты, характерные для режима Калигулы.

Процессы об оскорблении величия были возобновлены. В сенате разбиралось дело претора Антистия Вета, обвиненного в написании стихов против императора. Сторонники принцепса потребовали казни, но большинство сенаторов по инициативе Тразеи Пета высказались за изгнание, и Нерон не решился отменить это решение. Почти в это же время был осужден Фабриций Вейентон, обвиненный в аналогичных выпадах против видных сенаторов и продаже должностей и привилегий. По инициативе Нерона Вейентона изгнали из Италии.

63 год — у Нерона и Поппеи родилась дочь. Это был первый ребенок императора, и событие было отмечено молебствиями и играми. Весь сенат отправился в Анций поздравлять Нерона. Спустя четыре месяца ребенок умер и был обожествлен.

Поворот наметился достаточно четко, и с 64 года принцепс вступил в конфликт сначала с верхами, а потом и с обществом в целом. В начале 64 года он устроил крупное театральное представление в Неаполе, где выступал в качестве актера. Оттуда император выехал в Беневент и собирался поехать в Грецию и Египет, но по неизвестным причинам отложил поездку и возвратился в Анций.

64 год, июль — произошло роковое для Нерона событие. В ночь с 18 на 19 июля в Риме начался сильный пожар, который продлился шесть дней, а потом спустя три дня возобновился. Из 14 регионов города 4 были уничтожены полностью, и лишь три оказались нетронутыми стихией. Остальные регионы были сильно повреждены.

Нерон, прибыв в Рим из Анция, начал энергичную борьбу с пожаром. Буквально сразу же после того, как пожар был потушен, началась грандиозная реставрация, которая проводилась с явным учетом дефектов противопожарной организации. Кварталы стали более изолированными, улицы - широкими, высота домов была ограничена, дворы старались не застраивать. Улучшились противопожарная безопасность и система выброса мусора. В новом городе появилось больше каменных построек.

Дурная репутация принцепса привела к тому, что массы населения были уверены, что Рим подожгли по приказу Нерона. Современники были уверены в виновности императора, даже несмотря на казнь обвиненных в причастности к пожару христиан, а восстановление и перестройка города только убеждали в причастности Нерона к пожару.

Другим следствием была необходимость крупных затрат, что, возможно, стало исходной точкой конфликта и с провинциями. Вероятно, первой реакцией на пожар стал так называемый заговор Пизона. Состав его участников был довольно пестрый. Сенаторы и всадники были недовольны автократическим курсом и процессами об оскорблении величия. Преторианцы возмущались не только принцепсом, но и Тигеллином, кроме этого, в свое время в гвардии была очень популярна Агриппина. В конце концов, многие заговорщики имели личные мотивы.

Все заговорщики сходились в необходимости убить императора, и почти все считали, что его надо заменить другим принцепсом. Несколько раз покушение срывалось, в конце концов, приняли решение убить Нерона 12 апреля 65 года. Буквально накануне покушения либерт Сцевина Мнлих донес на Сцевина и Натала. Арестованные Сцевин и Натал в скором времени выдали Пизона, Лукана, Квинциана и Глития Галла.

В числе причастных к заговору назвали и Сенеку. Город объявили на осадном положения, везде были расставлены караулы. Следствием руководил Тигеллин. Гражданская часть заговорщиков была разгромлена. Пизон, Лукан, Сенецион, Квинтиан и Сцевин покончили с собой, то же самое вынудили сделать и Сенеку. Кроме участников заговора Нерон уничтожил и других неугодных ему людей, в том числе консула Аттика Вестина, мужа своей любовницы Статилии Мессалины, позволявшего себе независимое поведение.

После разгрома ядра заговорщиков последовали массовые изгнания и ссылки. В изгнание ушли многие представители интеллигенции. Таким образом, император Нерон ликвидировал многих сенаторов и всадников и значительную часть командного состава преторианцев.

Вторым префектом претория стал сын греческой куртизанки Нимфидий Сабин, гвардия получила по 2000 сестерциев на человека, а сенат принял решение о молебствии богам. Апрель был назван Неронием, и испуганный сенат даже хотел объявить Нерона богом, от чего тот отказался.

В том же году вновь отпраздновали Неронии, и император выступил в роли кифареда.

Во время одной из семейных ссор Нерон нечаянно убил Поппею, ударив беременную императрицу ногой в живот. Поппею обожествили, а ее тело по восточному обычаю забальзамировали и перенесли в мавзолей Августа.

66 год — против Нерона организовали новый заговор, который возглавил приемный сын Корбулона Анний Винициан. Судя по жертвам, принесенным Арвальскими братьями 19 июня, заговор произошел летом. Винициан хотел убить Нерона в Беневенте. Лидеров заговора казнили, и среди жертв была дочь Клавдия Антония.

66 год, 25 сентября – император Нерон выехал в Грецию. Накануне он вступил в брак со Статилией Мессалиной, но императрица осталась в Риме, а в поездке его сопровождали новая любовница Кальвия Криспинилла и евнух Спор. Нерон хотел отдохнуть от кровавых событий в Риме и вновь выступить на сцене, рассчитывая найти в греках понимающих зрителей. Император проехал всю Грецию, в действительности встретив восторженный прием, а в конце ноября 67 года с большой помпой объявил свободу провинциями Ахайя, что означало снятие с греков налогов.

Пожар Рима, растрата казны из-за колоссальных расходов принцепса, коррупция его приближенных довели до тяжелой финансовой ситуации. 66 год — началось крупное восстание в Иудее, получившее название Иудейской войны. На его подавление бросили три легиона во главе с Титом Флавием Веспасианом. Характерным симптомом явилось то, что Гелий многократно просил Нерона вернуться, и, вопреки всем инструкциям, сам выехал в Грецию.

Император Нерон возвратился из Греции только в начале 68 года. Его возвращение было обставлено, как приезд олимпионика. На монетах императора изобразили в виде Аполлона Кифареда, а в процессиях несли 1 808 победных венков. В это время началось восстание. В марте 68 года легат Лугдунской Галлии Юлий Виндекс, причислявший себя к царскому роду из Аквитании, созвал собрание своей провинции и поднял восстание против принцепса. Регулярных войск у Виндекса не было, но его поддержали арверны, секваны и Виенна, и, по сведениям Плутарха, скорей всего, преувеличенным, повстанцы имели 100 тыс. человек.

Виндекс обратился за помощью к наместнику Испании Сервию Гальбе, видному римскому аристократу и дальнему родственнику Ливии. Узнав, что император решил от него избавиться, Гальба присоединился к восстанию, освободил заключенных и выступил на сходке с обвинениями против Нерона, отклонил предложенный ему титул императора, объявил себя «легатом сената и римского народа» и утвердил нечто вроде своего сената из местных жителей.

В конце марта император узнал о восстании Виндекса. Известие он проигнорировал и бездействовал на протяжении восьми дней, после чего доложил об этом сенату. Светоний пишет о полной пассивности и бездействии Нерона. Однако кое-какие меры он принял. Были ли даны инструкции рейнским легионам, неясно, не исключено, что император считал их ненадежными. После выхода рейнских легионов из игры у Нерона было довольно мало войск. Три легиона в Британии, четыре в Сирии, два в Египте и три в Иудее находились далеко, и даже подхода четырех легионов из Далмации надо было ждать.

Наместник Африки Клодий Макр имел один легион, кроме этого, набрал еще один, но занял выжидательную позицию, и переговоры с ним Нерона закончились безрезультатно.

Император Нерон начал новый набор среди городского плебса, однако ядро его войска составил легион, набранный из моряков Мизенского флота. В конце апреля стало известно о действиях Гальбы, и именно в этот момент Нерон испугался. Причины вполне понятные: армия Гальбы была римской, Гальба был авторитетней Виндекса, и, наконец, силы императора Нерона были немногим больше, чем войско повстанцев.

В это время префект претория Нимфидий Сабин, сочтя, что сила не на стороне Нерона, организовал переворот. Преторианцы восстали и присягнули Гальбе, после этого сенат объявил Нерона врагом отечества. Император бежал, но погоня настигала, и Нерон покончил с собой.

Смерть Нерона сделала Гальбу официальным правителем. Он был признан сенатом и являлся наиболее знатным и заслуженным из восставших наместников.

Вошел в историю благодаря своей жестокости. Равных в этом Нерону не было как до, так и после его правления. Он получал ни с чем несравнимое удовольствие от изощренных издевательств над беззащитными людьми. Ему нравилось когда люди истекали кровью, кричали и корчились от боли, умирая в муках у него на глазах.

Он превратил свою жизнь в кровавую вакханалию, полную излишеств, диких извращенных оргий и убийств. Удивляться нечему: его родители Агриппина и Гней Домиций Агенобарб были жестокими и изворотливыми людьми. Поэтому он с малых лет считал нормальным и естественным делом убийства родственников.

Отец будущего императора умер, когда ему исполнилось 3 года. Амбициозная мать сделала все, чтобы ее сын взошел на престол и стал правителем Рима. Выйдя замуж за императора Клавдия, который внезапно овдовел, она добилась, чтобы Нерон сначала обвенчался, а потом и женился на его дочери Октавии. Кроме того, Клавдий усыновил Нерона. Мать добилась и того, чтобы ее сына обучал знаменитый философ Сенека.

Став императором, Нерон понял, что ему не очень-то интересны государственные дела. Другое дело – попойки и оргии. Поэтому первое время вместо него правили мать и ее приближенные. Это не нравилось многим придворным. Начались интриги, вследствие которых «доброжелатели» начали поощрять развитие у Нерона разных пороков. Он охладел к законной жене, закрутив роман с Актеей. Впрочем, в его постели бывала не только она, но и другие женщины.

Это подточило отношения Нерона не только с женой, но и с матерью. Сенека и Бурр воспользовались ситуацией и сослали Агриппину в отдельный дворец. Несколько лет они фактически правили за Нерона, который продолжал проводить время в пьянстве и разврате. Была у Нерона забавная особенность: ему очень нравилось, когда придворные рассказывали ему про свои извращенные утехи. Это он считал признаком честности и доверия к императору, поэтому извращенцам, готовым рассказать о своих похождениях, сходило с рук все что угодно.

Мать, живущая в уединении, пыталась вернуть свое было влияние на сына и утерянную власть. Поэтому была не всегда сдержанна на язык. Про все ее высказывания шпионы доносили Нерону. Наконец, он не выдержал и приказал ее убить.

Мать все-таки как-то сдерживала Нерона в его тяге к извращенным утехам. После ее смерти он пустился во все тяжкие. Таких оргий, как при Нероне, Рим еще не знал! В них участвовала не только знать, но и обычные рабы, если они были симпатичными. К тому же рабов можно было убить, когда надоедят.

После пожара, случившегося в городе, Нерон начала настоящую «охоту на ведьм». Он не стал долго думать и искать виноватых, а просто-напросто назначил виноватыми христиан. Начались массовые казни невиновных. Народ роптал, но из-за боязни, что может быть еще хуже, терпел. И даже делал вид, что верит в справедливость несправедливых расправ.

Нерон вскоре нашел себе новое занятие – взялся заново отстраивать Рим. А деньги, необходимые на строительство, «занимал» у состоятельных граждан. В принудительном порядке, разумеется. Тех, кто роптал, обвинял в государственной измене. Их казнили, а имущество забирали в государственную казну.

Вскоре недовольные подняли восстание. Нерон в страхе бежал из Рима. Оказавшись в изгнании, понял, что все лучшее позади. Назад дороги нет – друзья и родственники убиты, причем по его приказу, «доброжелатели» переметнулись на сторону врагов. Ничего не осталось. Подавшись депрессивному настроению, он покончил с собой.

Нерон не смог удержать трон, добытый для него матерью. И был виноват в этом сам. Не надо было слушать «доброжелателей», настраивающих его против матери и жены. Ведь они бы его не предали.

В общем-то Нерон получил по заслугам. Бесславный конец правления и жизни – расплата за его предательство и подлость.

Геннадий Морганюк

Присоединяйтесь к группам «Кто есть кто

Имя: Нерон (Neron)

Возраст: 30 лет

Место рождения: Лацио, Италия

Место смерти: Рим, Италия

Деятельность: Римский император

Семейное положение: был женат

Нерон - биография

Полное имя - Нерон Клавдий Цезарь Друз Германик известен под именем Нерон. Имя при рождении - Луций Домиций Агенобарб.

Когда весть о рождении Нерона сообщили его отцу, тот воскликнул: «От меня и Агриппины ничто не может родиться, кроме ужаса и горя для человечества!»

Агриппина приходилась сестрой императору Калигуле, который не стеснялся наведываться в ее спальню. Так что биологическим отцом новорожденного, получившего впоследствии имя Нерон, вполне мог быть и сам жестокий безумец. А яблочко от яблоньки, как известно, падает недалеко...

Задумав заговор с целью убийства брата и возведения сына на трон, Агриппина не знала о предателе. Ее пособников казнили, а сестру Калигула отправил в ссылку. Нерон остался в Риме с отцом Гиеем Доми-цием, а когда старик умер, мальчишку отправили на воспитание к тетке, где он сполна познал нужду и лишения.

Когда Калигула все-таки был убит, трон занял его дядя - Клавдий. Он вернул племянницу в Рим. Развратная супруга императора - Мессалина подозревала, что Агриппина может добиться передачи трона от Клавдия к Нерону в обход их родного сына Британника. Она отправила убийц к маленькому Нерону, но они так и не решились выполнить «деликатное» поручение.

Когда Нерону исполнилось 10 лет, его мать стала подбираться к Клавдию. После неудачной попытки Мессалины свергнуть мужа Афиппина соблазнила Клавдия - и добилась своего: император женился на ней, а чуть позже усыновил и объявил наследником 13-летнего Нерона. Спустя четыре года юноша встал во главе Рима.

Однако 17-летний молодой человек не мог управлять. Он ударился в пиры и оргии, вступая в связь с мальчиками и замужними женщинами. Однажды он изнасиловал жрицу-весталку, что былб недопустимо. Историк Све-тоний писал: «Наглость, похоть, распущенность, жестокость его поначалу были незаметны словно юношеские увлечения, но уже тогда было ясно, что пороки эти - от природы, а не от возраста».

В первые годы империей фактически правили Агриппина и наставники Нерона - Сенека и Бурр. Мать молодого правителя принялась очищать двор от старых и новых врагов. Понимая, что под очередную «зачистку» могут попасть и они, Сенека и Бурр подговорили императора не утверждать «смертельные списки» Агриппины. В качестве инструмента воздействия на юношу они использовали бывшую рабыню Акте - Нерон так в нее влюбился, что был готов на все.

Тогда мать пригрозила, что вернет престол родному сыну Клавдия - Британнику. В ответ Нерон приказал отравить Британника. Потом велел привезти в амфитеатр его отравительницу Локусту. Женщину раздели и привязали к столбу, где на потеху толпе ее изнасиловал специально надрессированный жирафа и бросили на растерзание львам.

Юный император и сам любил притвориться зверем. По свидетельству Светония, «в звериной шкуре он выскакивал из клетки, набрасывался на привязанных к столбам голых мужчин и женщин и, насытив дикую похоть, отдавался вольноотпущеннику Дорифору...»

Однажды Нерон увидел красавицу Поппею Сабину - и потерял голову. Он приказал ее мужу развестись с ней и выдал ее замуж за своего друга, запретив делить с ней ложе.

Агриппина сразу почувствовала в Поппее угрозу и предложила сыну взамен новой любовницы... себя. И преуспела в этом. Но Нерон по-прежнему жаждал ласк Поппеи. Та поставила ему условие: либо она, либо жена и мать. Для ускорения принятия решения любовница перестала принимать Нерона у себя, и император удалил мать от двора. Затем Поппея потребовала от него заключения брака, что при живой Агриппине было невозможна Нерон перешел и эту грань.

По его приказу Агриппину трижды пытались отравить, но та принимала противоядие. Тогда Нерон предложил ей отправиться на увеселительную морскую прогулку. По задумке, в помещении, где спала женщина, на нее должен был упасть свинцовый потолок. Однако стойки выдержали смертельный груз.

Узнав о провале «операции», Нерон запаниковал, но Сенека посоветовал обвинить мать в попытке его убийства и казнить ее. Увидев палача с ножом, Агриппина попросила заколоть ее в живот. Этим женщина давала понять: она горько сожалеет о том, что произвела на свет мерзавца. Наутро Сенату объяснили, что император едва не погиб от рук убийцы его матери. Рим сделал вид, что поверил...

Теперь никто не мог помешать Нерону предаваться похоти и тщеславию. А слава актера и певца для него значила даже больше, чем власть. Имея сиплый и слабый голос, правитель часами играл на кифаре и пел. К певцам и актерам римляне относились с презрением, но Нерона это не беспокоило. Впоследствии он собирал многотысячные театры. Стража закрывала двери, и никто не мог уйти с его представлений.

Ради искусства Нерон утвердил спортивно-поэтические игры - Неронии, проводимые раз в пять лет. Музыка, гимнастика, поэзия, гонки на колесницах. .. В последних император неизменно побеждал. Даже когда он выпал из колесницы, судьи безоговорочно отдали ему победу. Так было и на Олимпиадах, где император «завоевал» 1808 олимпийских венков.

Когда Поппея забеременела, Нерон решил избавиться и от своей законной жены Октавии. Обвинив ее в бесплодии, он развелся с ней и женился на любовнице. Октавию выслали из Рима на остров Пандатерия, где убили, вскрыв ей вены. В качестве доказательства ее смерти Поппее привезли голову несчастной.

Вскоре Поппея родила дочь. Счастью императора не было предела, он даже присвоил матери и малышке титул Августы. Радость оказалась недолгой: через четыре месяца ребенок умер.

А в следующем году в Риме случился грандиозный пожар. Город горел шесть дней, но император лишь спокойно музицировал. Из-за дурной репутации его заподозрили в организации пожара. Сам же Нерон виновными «назначил» христиан. Так, апостола Петра по его приказу распяли вниз головой. Других последователей Христа прибивали к кресту и поджигали. Нерон распорядился устанавливать живые факелы для освещения его пиров. Под душераздирающие крики душегуб спокойно беседовал с гостями и пил вино. Именно за убийства христиан Нерона прозвали Антихристом. Кстати, сумма порядковых номеров букв в его полном имени дает число ббб. А в Книге Откровений сказано, что «зверь будет править 42 месяца» -столько же царствовал и Нерон после того страшного пожара.

Во время следующей беременности психика Поппеи дала сбой. Терпеть истерики император не собирался и «заткнул» ее ударом ноги в живот. Женщина упала, у нее открылось кровотечение, случился выкидыш. Спустя несколько часов Поппея скончалась. От горя Нерон, казалось, тронулся рассудком. Заметив у юноши Спора сходство с покойной, он приказал оскопить его и женился на нем. Позднее Нерон вступил в брак еще с двумя мужчинами, но не кастрировал их, ибо «женой» для них был он сам.

Безусловно, стиль правления Нерона не мог не настроить общество против него. Бунты происходили регулярно, но их удавалось подавить. А в марте 68 года ситуация поменялась роковым для него образом. Против Нерона выступил наместник Галлии Гай Виндекс. За помощью он обратился к наместнику Испании Сервию Гальбе, предложив ему титул императора. Легионы бунтовщиков двинулись к Риму.

Сначала Сенат объявил Гальбу врагом народа, но затем его поддержала личная гвардия императора. Оставшись без прикрытия, Нерон скрылся в своем роскошном дворце на холме Палатин. А когда гонец сообщил, что Сенат объявил врагом народа уже его, решил уйти из жизни. С помощью секретаря он перерезал себе горло, воскликнув: «Какой великий артист погибает!».

Никто из знати не хотел хоронить императора, и только бывшая рабыня Акте, завернув тело 30-летнего возлюбленного в саван, предала его огню.

На мощеной дороге, совсем рядом, послышался дробный стук конских копыт. Нерон встал и едва слышно выговорил строчку из Гомера:
«Коней, стремительно скачущих, топот мне слух поражает...»

Он схватил два меча. С помощью своего советника по прошениям Эпафродита он вонзил себе в горло один из мечей.

Кавалькада приближалась. Центурион, соскочив на землю, попытался остановить кровь, хлынувшую из раны, зажав ее плащом. Нерон знал, что сенату, постановившему засечь его насмерть, он был нужен живым. Он только и вымолвил: — Слишком поздно. Голос его осекся. Но сколько горечи было в его последних словах:
— Вот она, ваша верность...
«И...— пишет Светоний,— (он) испустил дух. Глаза его остановились и выкатились, на них ужасно было смотреть».

Нерону было немногим более тридцати лет. Правил он тринадцать лет и восемь месяцев. О нем уже сложили легенду как о самом страшном из чудовищ, каких когда-либо носила земля. На протяжении веков легенда эта подкреплялась все более ужасающими подробностями. Во времена средневековья Нерона сделали самим воплощением зла. В немецкой поэтической хронике XII века он представлен «самым жестоким из людей, которых когда-либо рождала мать».

Его предали посрамлению еще римские писатели — Тацит, Светоний, Кассий Дион. Средневековые сочинители только «подлили масла в огонь». А популярный роман «Quo Vadis», не раз выходивший на экраны, окончательно закрепил образ Нерона в сознании публики как личности в высшей степени презренной.

Разве не он убил свою родную мать? Разве не он отравил Британика, своего сводного брата? Разве не он потехи ради учинил в Риме страшный пожар? Не он ли обвинил в поджоге ни в чем не повинных христиан и обрек их на жесточайшие муки? Это всего лишь некоторые из преступлений, вменяемых в вину Нерону.

Минуло два тысячелетия, но никто даже не подумал опровергнуть эти на первый взгляд бесспорные обвинения. И лишь недавно стали раздаваться голоса, вносящие явный диссонанс в звучание согласного хора. Некоторые историки — и среди них прежде всего Жорж Ру и Жильбер-Шарль Пикар — решились поставить неожиданный вопрос: а что, если Нерон был оклеветан?

Мессалина, жена императора Клавдия, родила ему сына. Счастливый Клавдий нарек его Британиком —в честь победы над Британией. Распутство Мессалины было — и осталось — притчей во языцех. В довершение всего она, при живом-то Клавдии и даже не будучи разведенной с ним, умудрилась выйти замуж за своего любовника Силия. Она, видно, полагала, что император простит ей и это безумство. Но он не простил. Ввергнутая в смятение, Мессалина велела принести ей кинжал и уже приставила его острие к своей шее. Однако мужество оставило императрицу, и в последнее мгновение кто-то из челяди отвел ее руку с кинжалом — в данном случае руку смерти.

В ту пору Клавдию было пятьдесят восемь лет. Он объявил своим войскам: «Увы, я всегда был несчастлив в браке, посему даю обет безбрачия на всю оставшуюся жизнь. И ежели я нарушу обет сей, вы будете вправе низвергнуть меня».

Не успели слова его как следует запечатлеться в сознании воинов, как он, не тратя времени даром, обручился со своей племянницей Агриппиной. Однако не надо думать, что это юное создание, отдавшее себя похотливому старику, было воплощением чистоты и добродетели. Агриппина доводилась внучатой племянницей Тиберию. Она была изнасилована своим родным братом Калигулой, как, впрочем, и две других ее сестры. После того как Тиберию стало известно об этом, он разлучил сестер с братом и поспешил выдать их замуж. Агриппина стала женой Домиция Агенобарба, который был старше ее на двадцать пять лет. Отпрыск процветающего патрицианского рода, известного своей крайней жестокостью, он, по свидетельствам историков, стяжал себе славу самого последовательного его представителя: однажды убил своего вольноотпущенника только за то, что тот не хотел пить, сколько ему велели; одному римскому всаднику выбил глаз за его слишком резкую брань; сознательно задавил мальчика, оказавшегося на его пути; наконец, делил ложе со своей сестрой. От Агенобарба у Агриппины родился сын — Нерон. Нерону было три года, когда Агенобарб скончался от водянки. Агриппина, осушив слезы, поспешила выйти замуж за богатого патриция Пассивна Криспа. Сей бравый молодец тратил золото направо и налево ради одной цели: он мечтал видеть Агриппину самой восхитительной женщиной Рима. Однако Агриппина, выросшая и обретшая зрелость рядом с жестоким властителем, думала только о власти. После смерти Мессалины она прознала, что император Клавдий собирается жениться снова. Тут, как нельзя более кстати, ушел из жизни Пассиен Крисп — молва утверждала, будто его отравила собственная жена. Правда это или нет, неизвестно, но путь к императорскому венцу для Агриппины был расчищен.

Брак Агриппины с Клавдием, рассказывает Тацит, «явился причиною решительных перемен в государстве: всеми делами Римской державы стала заправлять женщина; она держала узду крепко натянутой, как если бы та находилась в мужской руке».

Достигнув своей цели, Агриппина возжелала большего. Чего же? Она хотела, чтобы право на трон перешло к ее сыну Нерону, а не к Британику, наследнику Клавдия. Первым делом она попросила у Клавдия для Нерона руки его дочери Октавии. Потрясенный Клавдий все же обручил молодых людей. Дело в том, что Октавия уже была помолвлена. Однако Агриппина обвинила ее жениха Юния Силана в преступной кровосмесительной связи — она знала, что делала. После того как Силан предстал перед сенатом, он был вынужден покончить с собой. После его смерти была отпразднована помолвка Нерона с Октавией. А их свадьба, принимая во внимание возраст жениха и невесты, состоялась лишь четыре года спустя — в 53 году. Так Нерон стал пасынком и одновременно зятем императора, А поскольку по материнской линии он был прямым потомком Августа, то вполне мог претендовать на императорский престол. Но как же Британик, ведь он стоял на пути Нерона? Агриппина никак не могла решиться умертвить родного сына Клавдия. Она поступила по-иному. Клавдию пришлось усыновить Нерона. Самый слабовольный из императоров во всем положился на будущее: пусть сама судьба решит, кто из двух его сыновей — законный или приемный — займет его место на троне.

Судьбой этой стала Агриппина. Путем бесконечных интриг она сделала все, чтобы превознести Нерона. Ей хотелось, чтобы народ возлюбил его. Все случилось так, как она и задумала. Рим совсем забыл про Британика. У всех на устах был только один Нерон.

Поначалу Клавдий смотрел на это сквозь пальцы. Казалось, он утратил любовь, которую питал прежде к своему сыну Британику. Но только казалось. В один прекрасный день его словно подменили. Безвольный Клавдий вдруг сделался решительным: большую часть времени он стал посвящать Британику и всякий раз, встречая Британика, обнимал и целовал его. От ближайшего окружения Клавдия Агриппина узнала, что император собирается развестись с ней, облачить Британика в одноцветную тогу и провозгласить его своим наследником. Почуяв великую опасность, Агриппина решила действовать: она встретилась с Лукустой, известной в Риме изобретательницей ядов, которая была родом из Галлии. Лукуста передала матери Нерона склянку с ядом, и та собственноручно подмешала отраву в грибы — излюбленное лакомство Клавдия. Едва Клавдий прикоснулся к блюду, как почувствовал себя плохо и потерял сознание. Императора унесли в его покои и уложили на ложе. Понемногу он пришел в себя, и у него началась обильная рвота. «К тому же,— рассказывает Тацит,— приступ поноса доставил ему видимое облегчение». Агриппина тотчас же велела кликнуть лекаря Ксенофонта. Тот, желая вызвать у Клавдия рвоту, воспользовался гусиным пером, как обычно поступали в подобных случаях. Однако, прежде чем ввести перо Клавдию в горло, он смочил его кончик в яде. Действие яда было мгновенным: у Клавдия разом «отнялись язык и слух, и он скончался».

Уластить сенат и армию большого труда не составило. Однако за верность Нерону воины потребовали по 15 тысяч сестерций на человека. Для этого потребовалось собрать сумму, равную более чем два миллиона франков. После того как армия получила все, что ей причиталось, она приветствовала Нерона кличем:
— Да здравствует император Нерон!

Так же умилостивили и сенат — после долгих раболепных речей Нерон был провозглашен императором. Сенаторы даже не побоялись наречь его «отцом нации». Однако, по совету Сенеки, Нерон отклонил столь великую для себя честь, сославшись на то, что семнадцатилетнему юноше не пристало носить такой высокий титул. Его скромность произвела на сенат самое благоприятное впечатление.

Так осуществилась мечта Агриппины. Сын ее стал императором. Она теперь могла вершить судьбой империи. Она действительно встала у кормила власти. Но власть свою удерживала с помощью террора. Отныне всех, кто был ей неугоден, Агриппина предавала смерти, а начала она со своей золовки Домиции, одно время воспитывавшей Нерона.

А что же Нерон? Быть может, «чудовище» уже проснулось в нем? Нет, пока еще час его не пробил. Он заявлял, что его правление будет царствием мира и справедливости. И говорил это вполне чистосердечно. Когда однажды Сенека дал ему на подпись указ о казни двух разбойников, Нерон в сильном волнении воскликнул: «О, если бы я не умел писать!»

Нерон с детства увлекался поэзией, живописью и театром, дружил с актерами и сам сочинял поэмы. Светоний рассказывал, что «держал в руках таблички и тетрадки с самыми известными его стихами, начертанными его собственной рукой». Действительно ли эти стихи были написаны Нероном? «Видно было,— продолжает Светоний,— что они не переписаны с книг или с голоса, а писались тотчас, как придумывались и сочинялись,— столько в них помарок, поправок и вставок». Некоторые из этих стихов, пронизанных духом эллинизма, дошли до нас. Нерон боготворил Элладу. Он жил ее легендами и героями. Кроме того, он брал уроки пения и смело выносил на суд публики свои собственные вокальные сочинения. Как всякий профессиональный певец, он берег голос — избегал сквозняков и по нескольку раз на дню делал специальные полоскания. Нерон увлекался и архитектурой — его Золотой дворец в Риме приводил современников в восхищение. Слава о нем, как о покровителе искусств, пережила века.

Однажды Нерон собрал своих самых близких друзей, чтобы отметить праздник Сатурналий. Среди приглашенных был и Британик. Каждому из гостей надлежало показать себя в каком-то определенном жанре — поэзии, пении либо танце. И вот настал черед Британика. «Тот,— рассказывает Тацит, — твердым голосом начал песнь, полную иносказательных жалоб на то, что его лишили родительского наследия и верховной власти». Это был отрывок из Цицерона:
С рождения отвергнут я судьбою.
Известно ль вам, что я на трон был с детства наречен?
Отныне ж я могущества, богатств и власти,
Как видите, фортуною лишен...

Нетрудно догадаться, какое впечатление эта песнь произвела на гостей и в первую очередь на Нерона. Историки не единожды утверждали, что, заслышав ее, Нерон, охваченный слепой ненавистью, решил раз и навсегда свести счеты с Британиком. Следующие две недели юноши были неразлучны. Возможно ли, чтобы император, которому в ту пору было всего лишь семнадцать лет, оказался способен столь искусно скрывать свои злонамерения? В самом деле, все это время он всячески обласкивал Британика, но в особенной манере. Как говорит Тацит, «в течение нескольких дней перед умерщвлением брата Нерон неоднократно подвергал надругательствам его отроческое тело». Что было потом — хорошо известно: Нерон призвал на помощь Лукусгу, ставшую к тому времени «официальной» семейной отравительницей, и получил от нее сильный яд. На обеде, в присутствии Нерона, Агриппины и большого числа приглашенных, Британику подали отравленное питье. «Так как его кушанья и напитки, — рассказывает Тацит,— отведывал выделенный для этого раб, то, чтобы не был нарушен установленный порядок или смерть обоих не разоблачила злодейского умысла, была придумана следующая уловка. Еще безвредное, но недостаточно остуженное, уже отведанное питье передается Британику; отвергнутое им, как чрезмерно горячее, оно разбавляется холодной водой с разведенным в ней ядом, который мгновенно проник во все его члены, так что у него разом пресеклись голос и дыхание».

Однако, как всем было известно, Британик страдал падучей. И Нерон, когда его уносили, успокоил гостей, сказав им, что у Британика, дескать, случился очередной припадок. Некоторое время спустя объявили, что Британик умер. Так Нерон совершил свое первое преступление. Одно из самых ужасных. И все же тот факт, что Британик был отравлен, вызвал у Жоржа Ру сомнения. По его словам, «есть все основания полагать, что история убийства Британика—чистая выдумка». Каковы же его доказательства?

Историю эту поведали нам Светоний и Тацит, но описали они ее спустя пятьдесят лет после случившегося — когда Нерона уже клеймили все кому не лень. Современники же императора: Сенека, Петроний, Виндекс, Плутарх — не упоминают об этом вовсе. Да, они обвиняют Нерона в том, что он убил свою мать. Но об убийстве Британика они не говорят ни слова. Если бы Нерон хотел избавиться от Британика, зачем ему было это делать у всех на глазах? Он мог сослать его в отдаленную провинцию и поручить верным людям там его и убить. Если бы Нерон замыслил отравить Британика, почему он не предпочел прибегнуть к медленнодействующему яду, чтобы постепенное угасание брата больше походило на естественную смерть? В самом деле, с такими замечаниями нельзя не согласиться. Но Жорж Ру не ограничивается только этим. Он приводит слова Тацита: «...едва Британик пригубил кубок, как у него разом пресеклись голос и дыхание». По Тациту выходит, что Британик упал замертво. Иными словами, для его умерщвления был использован «быстродействующий яд». Прошло уже двенадцать веков, но никто так и не поинтересовался, был ли древним римлянам известен такой сильный яд? Этот вопрос заинтересовал Жоржа Ру. Он опросил многих химиков и токсикологов. Их ответ был однозначным: «Римлянам был неизвестен яд, способный вызвать мгновенную смерть». Так считают доктор Раймон Мартен и профессор Кон-Абрэ. По мнению доктора Мартена, «мгновенная смерть Британика очень напоминает аневризму сердца, часто наблюдаемую во время эпилептических припадков».

Как известно, у обывателя бытует некоторое предубеждение против сильных мира сего, они для него порочны вне сомнения. И убийство Британика его сводным братом восприняли как дело очевидное, тем более что в роду Цезарей родственники умерщвляли друг друга с легкостью. Однако эта «очевидность» не выдерживает самой элементарной проверки логикой.

Кто посмел бы оспаривать право Нерона на римский престол? Ни у кого и в мыслях этого не было, тем более что римляне боготворили своего императора. Современные историки единогласно утверждают: в первую треть правления Нерона Рим процветал как никогда. Первым делом Нерон занялся улучшением благосостояния своего народа. Он упразднил или сократил часть обременительных податей. Жителям Рима роздал огромную сумму денег — по четыреста сестерций на человека. Обедневшим сенаторам и знати назначил пожизненное пособие. По наущению Сенеки и Бурра он внес значительные поправки в законодательство и систему управления.

И вместе с тем трудно представить себе Нерона, прогуливающегося по городу и приветствующего по имени всех сенаторов, какие попадались ему навстречу. С юных лет он страдал ожирением, однако за всю жизнь болел только три раза. Но внешне он выглядел нездоровым: одутловатое лицо, толстая шея, живот и маленькие глубоко посаженные глаза, выражавшие тревогу и растерянность. А также полное безволие. Конечно, во внешнем облике Нерона, как в зеркале, отражалась главная его драма — этот безвольный человек сосредоточил в своих руках безграничную власть.

Смелости ему недоставало, как и воли. Как пишет Жильбер-Шарль Пикар, Нерон дрожал по всякому поводу — сначала перед матерью, потом перед своими воспитателями, наконец перед сенатом, народом, армией, зрителями в театре, судьями на состязаниях, рабами и женщинами. Легенда утверждает, будто Нерон убивал удовольствия ради. Но это неправда. Он убивал потому, что боялся. Он хотел отменить смертную казнь в армии, задумал изменить правила гладиаторских боев так, чтобы гладиаторы бились не насмерть. Но, когда его охватывал страх, он убивал, точно загнанный зверь.

Именно так он решился на одно из самых ужасных преступлений — убил свою мать. По словам Тацита, для Агриппины злодейство как таковое давно уже было не в диковину. Она отравила своего второго мужа. По ее приказу была зарезана ее соперница — Лоллия Павлина; она обрекла на смерть свою золовку Домицию Лепиду, убила воспитателя Британика Сосибия, отравила своего третьего мужа Клавдия; по ее велению был убит ближайший советник Клавдия Нарцисс. Злодеяния матери повергали Нерона в ужас — он страшился ее и одновременно восхищался ею. Мало-помалу он ограничил ее власть, которую она сама себе предоставляла. Но Агриппина не желала смириться с этим. Чтобы возвратить былую власть — материнскую и императорскую, — она отдалась сыну. Ее распутство не могло остаться незамеченным. Вскоре Рим узнал об их страшной связи. В этом великом городе уже давно привыкли ничему не удивляться, но на сей раз изумление граждан переросло в гнев. Вольноотпущенница и наложница Нерона Акта открыла ему глаза на им содеянное, и он, осознав чудовищность своего поведения, проклял Агриппину. В конце 55 года Нерон велел ей покинуть дворец и отправиться жить на роскошную виллу Антонию. Однако он лишил ее охраны, так что Агриппина осталась под зашитой лишь нескольких преторианцев из императорской гвардии. Это означало, что она попала в немилость.

Покорность, как мы уже видели, не была свойственна Агриппине. Сойдясь с недругами сына, она вновь затеяла интриги и стала готовить заговор против императора. Но Нерон вовремя опередил ее. «В конце концов,— пишет Тацит, — сочтя, что она тяготит его, где бы ни находилась, он решает ее умертвить».

Первая попытка, однако, не удалась: галера, на которой она находилась, затонула, как и было задумано, но Агриппина хорошо плавала, и ей удалось добраться до берега. Позже убийцы, нанятые Нероном, проникли прямо к ней в покои. Завидев их, она встала и, смерив взглядом предводителя, сказала ему:
— Если ты прибыл за вестями, можешь передать, что со мною все в порядке. Если же ты пришел, чтобы совершить злодеяние, знай, я не верю, что мой сын способен на это. Он не мог приказать тебе убить свою мать.

Ответом ей было молчание. Тягостное молчание. Один из убийц приблизился к Агриппине и ударил ее по голове тяжелой дубиной. Агриппина рухнула наземь и увидела, как центурион вытаскивает из ножен меч. Тогда она разорвала на себе тунику и, представ перед убийцей голой, проговорила:
— Поражай чрево! Там я носила Цезаря!

Ее добили несколькими ударами меча.

На сей раз никто из историков не пытался оправдать Нерона. Нисколько не умаляя его вину, они объясняли, что таковы были нравы того времени. А римляне, крайне осуждавшие кровосмешение, ничуть не возмутились, узнав об убийстве Агриппины. Напротив, сенат даже поздравил Нерона с ее смертью.

К супруге своей Октавии, к браку с которой его принудила Агриппина, он не испытывал ничего, кроме отвращения. Вероятно, она была глупая и безобразная. Он развелся с нею и взял в жены женщину, которую любил, — Поппею, а Октавию сослал на крохотный островок Пантеллерию, где ее вскоре постигла смерть. Нерон женился на Поппее через три недели после развода с Октавией, и спустя девять месяцев Поппея родила ему дочь. Радость Нерона была велика, но не меньшим было и его горе, когда, прожив всего лишь четыре месяца, маленькая Агриппа умерла.

По причинам, вполне объяснимым для современных психоаналитиков, Нерон проникся лютой ненавистью к Поппее. Однажды, когда между ними вспыхнула бурная ссора — Поппея тогда вновь была беременна,— он убил ее, как говорят, ударом ноги в живот.

Что же произошло с Нероном, ведь в начале своего правления он отличался мягким и миролюбивым характером? Он стал предаваться чудовищному распутству, не зная в этом удержу, его всегда окружали фигляры, готовые потакать самым гнусным его прихотям. Главной его забавой были цирковые представления. Для удовлетворения своих патологических страстей он каждый день искал новых, все более изощренных развлечений. Как-то раз один из его приближенных бросил при нем фразу, вошедшую у римлян в поговорку:
— Когда умру, пускай земля огнем горит!

Нерон тотчас же возразил ему:

— Нет, пока живу!

Если верить латинским авторам, однажды, после грандиозной попойки, он велел поджечь Рим с четырех сторон, а сам наслаждался «великим пламенем, напоминавшим крушение Трои». Вину за это преступление он без всякого зазрения совести возложил на маленькую колонию христиан, проживавших в Риме. Тацит рассказывает, что «их распинали на крестах или, обреченных на смерть в огне, поджигали с наступлением темноты ради ночного освещения». Потомки тоже были совершенно уверены: пожар в Риме устроил сам Нерон. Но им опять возражают современные историки. Леон Гомо, Жерар Вальтер и Жорж Ру считают, что вина Нерона здесь недоказуема.

В данном случае главным обвинителем выступает Тацит. Однако его свидетельство о гонениях на христиан дошло до нас в виде рукописи XI века. Профессор Ошар, с филологического факультета Бордоского университета, задался вопросом: а что если в свое время правоверные монахи просто-напросто взяли и приписали к рассказу латинского историка о тех трагических событиях свою, захватывающую, версию? Ведь, как точно известно, в то время, когда разразился пожар, Нерона в Риме не было. Он находился на побережье, в Антии, что в пятидесяти километрах от Рима. Быть может, он отдал приказ о поджоге города неделей раньше? В таком случае, неужели ему не хотелось лично проследить за осуществлением столь хитро задуманного плана? Тем более что утверждают, будто этим пожаром Нерон желал доставить себе эдакое эстетическое наслаждение. Выходит, Нерон, страстный собиратель бесценных сокровищ, поджег город, лежавший у подножия его дворца, рискуя, что загорится и его собственный дом, битком набитый всякими ценностями, как, впрочем, и случилось? Леон Гомо отмечает: «Ночь накануне пожара выдалась лунная — обстоятельство не очень-то благоприятное для осуществления замысла Нерона». В конечном итоге все предположения на этот счет основаны на сообщении Плиния, утверждавшего, что в Риме были вековые деревья, которые «простояли до пожара, случившегося при принцепсе Нероне». И ничего более. Светоний, однако, уточняет: «Виновником бедствия был Нерон». Но о самом Светонии профессор Вильгельм Голлаб говорит так: «Он соглашается и со слухами, и с фактами... Ему совершенно несвойственен аналитический подход, которым должен обладать настоящий историк... К его свидетельствам следует относиться с крайней осторожностью».

Однако бытует еще мнение, что с помощью огня Нерон хотел очистить Рим от трущоб. На самом же деле от пожара больше всего пострадали самые красивые кварталы. А Трастевер, со всеми его нечистотами, остался совершенно нетронутым. Пожар начался с построек, примыкавших к цирку. В этих постройках жили люди. Неужели они могли со спокойным сердцем взирать, как огонь пожирает их жилища, не предпринимать никаких мер по его тушению и не требовать наказания виновного? «В этом случае,— говорит Жорж Ру, —должен был возникнуть страшный переполох, люди узнали бы, кто это сделал, и непременно сообщили властям». Самым удивительным в этой истории кажется отношение римлян к происшедшему. После пожара они восторженно приветствовали Нерона, который в эти дни был сам не свой. Если бы население было убеждено в виновности императора, неужто оно стало бы его восхвалять?

Не менее спорным выглядит и обвинение, выдвинутое Нероном против христиан, и то, что он их жестоко преследовал. Ученые и специалисты опровергли свидетельства о характере казней, которым они подверглись, с чисто научной точки зрения. Дело в том, что распятые на крестах и подожженные человеческие тела не могли гореть как факелы. Они должны были медленно обугливаться.

После бедствия Рим был отстроен заново. Справедливости ради следует сказать, что возрождение отца городов является примером величайших достижений в области градостроительства. Самый прекрасный в то время город возродился буквально из пепла. Подлинным архитектурным шедевром в нем был дом Нерона — Золотой дворец. Работы по восстановлению Рима способствовали процветанию всей империи: поднялась цена на землю, появилось множество новых ремесел, каждый житель империи был обеспечен работой. Тем не менее античные авторы, обвинявшие Нерона во всех смертных грехах, старались обойти вниманием тот положительный опыт, который был накоплен во время его царствования.

Как бы то ни было, а в империи уже зрело недовольство — вместе с чернью роптала и знать. Помпезные выступления Нерона в цирке и амфитеатре вызывали неприязнь в высших слоях общества. Заканчивая читать поэмы, Нерон смиренно преклонял колено перед толпой, со страхом ожидая приговора современников. И приободрялся лишь после того, как публика приветствовала его громом оваций. Однако аплодировать ему начинали специально подобранные для этой цели люди. И горе было тому, кто дерзнул бы остаться равнодушным к его выступлению. Однажды во время одного такого представления, когда Нерон читал свои стихи, кто-то из зрителей заснул. Его грубо растолкали и приготовились воздать ему по заслугам. Однако зритель оказался высокого звания — только это и спасло его от неминуемой смерти. Его звали Веспасиан. В один прекрасный день судьба сделала его императором.

Первый заговор, зачинщиком которого выступил Пизон, один из приближенных императора, был Нероном раскрыт. В отместку он пролил потоки крови. Среди несчетного числа его жертв оказались Петроний, Трасей, Сенека, Лукан. Однако беспрерывные казни не остановили врагов Нерона. Пропретор Галлии Виндекс и наместник в Испании Галвба объявили о своем неподчинении императору. Вслед затем события развивались очень быстро. Часть империи провозгласила императором Гальбу. На его сторону встали сенат и преторианцы. Низложенный общим постановлением сената, всеми покинутый, Нерон бежал из Рима и скрылся во владениях своего вольноотпущенника Фага. Однако Нерон знал, что его уже ищут и непременно найдут, чтобы казнить по обычаю предков. Когда он спросил, что это за казнь, ему ответили, что «преступника раздевают донага, голову зажимают колодкой, а по туловищу секут розгами до смерти».

Узнав, что его ожидает, Нерон решил избежать уготовленного ему позора. Он велел вырыть для себя могилу, причем сам при этом присутствовал. То и дело он повторял:
— Какой великий артист погибает!
Когда всадники были уже совсем близко, он вонзил себе в горло меч.

Перевел с французского И.Алчеев