Лодочный журналлодки, моторы и полезные советыВсе рубрики

История и общество

Тиберий гракх биография: как погиб тиберий гракх

Редакция журнала47 мин чтения

Все заботы о воспитании мальчика легли на плечи его матери, Корнелии, дочери знаменитого полководца Сципиона, победителя Ганнибала.

Тиберий Гракх принадлежал к знатному римскому роду. Его отец, Тиберий Семпроний Гракх-старший, дважды избирался консулом, был цензором, а после побед в Испании и завоевания острова Сардинии сенат устраивал в его честь триумфы. Когда Тиберию было 11 лет, отец его умер. Все заботы о воспитании мальчика легли на плечи его матери, Корнелии, дочери знаменитого полководца Сципиона, победителя Ганнибала.

Корнелия старалась, чтобы ее дети, Тиберий и его младший брат Гай, были достойны славы отца и деда. Ее труды не пропали даром: по словам современников, братья Гракхи были самыми образованными, самыми талантливыми из всех римлян, а их заслуги перед римским народом навсегда прославили их имена. Пятнадцатилетним юношей Тиберий отправился в Африку, в ряды армии, сражавшейся под стенами Карфагена: в это время шла третья Пуническая война. Римляне решили уничтожить своего самого опасного соперника на Средиземном море.

Во время этой войны молодой Гракх и совершил свой первый подвиг. Случилось это так. Консул Сципион Эмилиан, командовавший римскими войсками, решил взять штурмом предместье Карфагена Мегару. Под покровом ночной темноты, стараясь неслышно ступать и не звенеть оружием, двинулись римляне к крепостным стенам, надеясь захватить врага врасплох. Но карфагенские часовые заметили и окликнули их. Римляне бросились на штурм. Разгорелся бой. Карфагеняне яростно оборонялись. Наконец группе римских воинов удалось захватить обособленно стоявшую башню. А с башни по колеблющимся доскам, переброшенным на головокружительной высоте, самые отважные устремились на стену крепости. Первым вбежал на нее Тиберий. Имя героя стало известно всей армии.

На войне Тиберий привык к полной опасностей и лишений солдатской жизни. Впоследствии он выгодно отличался от своих сверстников простотой, мужеством, требовательностью к себе. После разрушения Карфагена Тиберий вернулся в Рим настолько известным и уважаемым человеком, что, несмотря на молодость, был избран в коллегию авгуров, имевшую не только религиозное, но и политическое значение, так как она объединяла наиболее знатных и уважаемых граждан Рима. Гордый сенатор Аппий Клавдий - один из опытнейших политиков того времени после продолжительной беседы с Тиберием на пиру авгуров предложил ему в жены свою дочь. Рассказывали, что, придя домой, Аппий с порога крикнул жене: "Антистия, я просватал нашу дочь!" Та удивленно спросила: "К чему такая поспешность? Или- ее женихом стал Тиберий Гракх? Только тогда я пойму твою торопливость и буду рада счастью дочери". Так велико было уважение граждан к молодому Гракху.

Вскоре Тиберий был избран квестором и направлен вместе с консулом Манцином в Испанию, где в то время шла война с жителями крепости Нуманции, восставшими против римского владычества. Война была неудачной. В Риме говорили, что у республики еще никогда не было такого бездарного полководца, как Манцин. Но и в этих условиях Тиберий Гракх сумел оказаться полезным римскому народу.

Однажды в ставку консула проникли ложные слухи о разгроме второй римской армии, воевавшей в Испании. Испуганный Манцин приказал той же ночью отступить от стен Нуманции. Нумантинцы заметили отход и, преследуя римлян, стали оттеснять их в непроходимые горные ущелья. Гибель двадцатитысячной римской армии казалась неизбежной. Послы, отправленные Манцином, стали униженно просить нумантинцев начать мирные переговоры. "Мы согласны, - ответили те, - но пусть переговоры ведет Тиберий Гракх. Мы слышали, что он не только смел, но честен и справедлив". Тиберий был послан к нумантинцам. Он умело вел переговоры: в одном уступал, в другом упорствовал. Мир был заключен. Римскому войску разрешили вернуться на родину. Но среди добычи, доставшейся нумантинцам в захваченном ими римском лагере, оказались и восковые дощечки, на которых Тиберий вел счета, записывал денежные расходы армии. Если бы Тиберий вернулся в Рим без этих счетов, его легко могли бы обвинить в растратах. Тогда Тиберий в сопровождении нескольких друзей снова отправился к нумантинцам. Он обратился к их вождям с просьбой вернуть ему дощечки. Вчерашние враги так уважали Тиберия, что тотчас исполнили его просьбу и даже пригласили его принять участие в пире, которым они отмечали свою победу.

В Риме Тиберия ожидали серьезные неприятности. Значительная часть народа и сенаторы были недовольны заключенным миром, возмущались капитуляцией армии. Они говорили: "Кто позволил Тиберию говорить с врагом от имени римского народа?! Этот договор позорит римское оружие, не следует признавать его!" Некоторые даже вспоминали, как поступили в подобном случае их предки двести лет назад. Тогда, потерпев поражение в войне с самнитами, римские военачальники на свой страх и риск заключили с победителями мир. Сенат не признал заключенного соглашения, и опозоренные полководцы, квесторы, военные трибуны, словом, все, кто участвовал в мирных переговорах, были отданы на расправу врагам. В Риме раздавались" призывы так же поступить с Манцином и Тиберием. Однако Гракха спасли аристократические связи и заступничество той части римлян, которые видели в нем спасителя своих близких: солдат армии Манцина. Ради Гракха были помилованы и остальные военачальники. Только Манцина, босого, в одной рубахе, закованного в цепи, выдали нумантинцам. Однако нумантинцы не казнили несчастного полководца, а великодушно отпустили его на родину.

Тиберий Гракх много думал о положении римского народа. Еще направляясь в Испанию, Тиберий обратил внимание, что на полях совершенно не видно свободных крестьян. Повсюду он встречал лишь рабов, закованных в цепи, и надсмотрщиков с длинными бичами. То здесь, то там раздавался свист плети из воловьих жил да жалобный крик избиваемого раба. Куда же исчезли свободные крестьяне, еще недавно трудившиеся на этой земле? Положение народа, судьба римского государства глубоко взволновала Тиберия. Скоро он понял причину поразившего его явления. Пока крестьяне, составлявшие основную часть римского войска, сражались в Африке или Малой Азии, Испании или Греции, их хозяйство приходило в упадок, а земли захватывались богатыми землевладельцами (оптиматами). Разоренные крестьяне либо шли в батраки, либо уходили в города и жили там на подачки городских богачей. Чем меньше оставалось свободных крестьян, тем слабее становилось римское государство: ведь батрак или городской нищий не имел права служить в армии. А сильная армия защищала страну от внешних врагов и держала в повиновении сотни тысяч рабов в самой Италии. Все это понял Тиберий Гракх и решил бороться за преобразования в стране. По существовавшим в Риме обычаям предлагать проекты новых законов мог только человек, занимающий государственную должность. Поэтому Тиберий выставил свою кандидатуру на пост народного трибуна, обещая в случае избрания добиться передела земель. И действительно, став народным трибуном, Тиберий выступил с требованием предоставить землю народу. Обращаясь к римлянам, он говорил: "Дикие звери в Италии имеют логова и норы, куда они могут прятаться, а люди, которые сражаются и умирают за Италию, не владеют в ней ничем, кроме воздуха и света. Лишенные крова, точно кочевники, бродят они повсюду с женами и детьми. Полководцы обманывают солдат, когда на полях сражений призывают их защищать от врагов могилы отцов и храмы: ведь у множества римлян нет ни отчего дома, ни гробниц предков - они сражаются и умирают за чужую роскошь, чужое богатство. Их называют владыками мира, а они не имеют даже клочка земли".

По проекту закона, предложенного Тиберием Гракхом, общественные земли, незаконно присвоенные богачами - оптиматами, возвращались государству. А государство раздавало их малоземельным и безземельным гражданам. Владельцы не имели права продавать свой участок, который должен был переходить по наследству от отца к сыну.

Этот проект был восторженно встречен народом, но вызвал бурю негодования среди оптиматов. Они решили не допустить принятия закона, грозившего их богатству и влиянию. Оптиматы стали распространять клеветнические слухи о том, что Тиберий переделом земель хочет вызвать междоусобицу в стране и захватить власть в свои руки. Однако авторитет Тиберия был слишком велик, народ полностью доверял своему трибуну, и эти слухи не оказали никакого воздействия на массы.

Но враги Тиберия не дремали. Они нашли другой способ борьбы с ненавистным им законом. Оптиматы уговорили второго трибуна, богатого землевладельца Марка Октавия, наложить вето на законопроект Тиберия. Тиберий был потрясен: Октавий, в прошлом его друг, теперь выступает против закона, которого так жаждет народ, который так нужен республике. Думая, что Октавий боится потерять свои земли, Тиберий предложил возместить ущерб, который ему нанесет закон, из своих личных средств. Октавий отказался. Тогда Тиберий, пользуясь тем, же правом вето, приказал приостановить деятельность всех государственных учреждений до того дня, когда его законопроект будет поставлен на голосование в Народном Собрании. Прекратили работу магистраты, был опечатан храм Сатурна, в котором находилась государственная казна, и таким образом были прекращены все платежи.

В знак протеста против действий Тиберия оптиматы стали появляться на улицах Рима в траурных одеждах, не скрывая глубокой скорби по поводу решений трибуна. Наиболее решительные противники реформы стали готовить покушение на Тиберия. Но никакие угрозы не могли заставить его отступить. Гракх потребовал обсудить создавшееся положение перед народом. И вот настал день Народного Собрания. На центральной площади Рима - форуме, подле трибун, собралась многотысячная толпа. Люди приветствовали Тиберия, ободряли его. Но вдруг крик гнева и возмущения прокатился по площади. Оказалось, что оптиматы, желая сорвать голосование, похитили избирательные урны. Разгневанный народ был готов ринуться на расправу с ненавистными богачами. Тогда на трибуну, где находился Тиберий, поднялись бывшие Консулы, Манлий и Фульвий. Они стали умолять Гракха не допустить кровопролития и обратиться в сенат; ведь там заседают самые мудрые и уважаемые люди государства. Пусть они решат, как следует поступить. После долгих уговоров Тиберий согласился. Но когда сенаторы не поддержали его предложений, он снова созвал Народное Собрание.

Граждане! - обратился он к римлянам. - Трибуны, которых вы облекли столь большой властью, что одно лишь слово каждого из них может остановить жизнь государства, не могут прийти к соглашению. Поэтому я предлагаю: пусть волей народа один из нас будет отстранен от должности.

И, повернувшись к своему противнику, Тиберий спокойно произнес:

Октавий! Спроси мнение граждан. И если римский парод лишит меня звания трибуна, я тотчас отправлюсь в свой дом и буду жить как простой гражданин. Клянусь тебе, Октавий, ты не увидишь меня в числе своих недругов, если народ отметит тебя своим доверием.

Понимая, что народ ни за что не лишит Тиберия звания трибуна, ибо все знают, что Тиберий смело борется за народное счастье, Октавий молчал. Тогда вновь заговорил Тиберий.

Народный трибун, - сказал он, обращаясь к притихшей толпе, - лицо священное и неприкосновенное, так как деятельность его посвящена народу, и он призван защищать интересы народа. Но если трибун, отвернувшись от народа, причиняет ему вред, умаляет его власть, препятствует его свободе - такой трибун сам отстраняет себя от должности, ибо не исполняет своего долга. Если бы трибун разрушил Капитолий или поджег арсенал, - продолжал Тиберий, - он был бы дурным трибуном; но тот, кто ниспровергает демократию - уже не трибун. Я предлагаю решить, может ли занимать должность трибуна Марк Октавий, раз он препятствует принятию закона, который даст римскому народу кров, хлеб и работу.

Началось голосование. Семнадцать триб из тридцати пяти высказались за то, чтобы Октавий был отстранен от должности трибуна. Но Тиберий приостановил голосование. Дружески взяв Октавия за руки, Тиберий вновь попытался убедить его в неразумности упорства.

Мой Октавий! Откажись от своего вето. Этого жаждет народ, терпящий лишение и горе. Взгляни, с какой надеждой смотрят сейчас на тебя граждане, и подумай, с каким презрением и ненавистью будут смотреть они, если ты обманешь доверие тех, кто тебя избрал. Не покрывай позором свое честное имя!

Октавий молчал. Его глаза наполнились слезами. Казалось, он внял убеждениям друга, внял голосу совести, внял воле народа. Но, когда Октавий взглянул на сгрудившихся в стороне аристократов, на их траурные одежды, на их лица, застывшие в напряженном ожидании, он, словно внезапно пробудившись, освободил свои руки из рук Тиберия и, глядя ему в лицо, произнес: "Нет!" Уважение кучки оптиматов оказалось для Октавия дороже, чем счастье народа.

Тиберий продолжил голосование. Большинством голосов Октавий был отстранен от должности. По приказу Тиберия сопротивлявшегося Октавия стали сводить с трибуны. Между разгневанным народом, бросившимся на Октавия, и защищавшими его богачами завязалась схватка. Октавий едва спасся: его выхватили из толпы и дали возможность бежать. У верного раба, прикрывавшего бегство своего опозоренного господина, вырвали глаза.

После отстранения Октавия и избрания на его место другого трибуна, клиента Тиберия по имени Муций, все препятствия были устранены. Аграрный закон Тиберия был принят. Для передела земель было избрано трое уполномоченных: сам Тиберий, его тесть Аппий Клавдий и брат Тиберия Гай. То, что все уполномоченные были членами одной семьи, не смущало граждан: напротив, в этом видели залог их успешной деятельности. Но сенат всячески мешал работе Тиберия: ему отказали в предоставлении за государственный счет палатки, назначили ничтожную плату и т. д. Враги продолжали плести заговор против Тиберия и его единомышленников. Один из друзей Тиберия внезапно умер. Когда тело умершего положили по обычаю на костер, кожа на трупе лопнула и из него вытекло столько жидкости, что костер погас. Это вызвало подозрение, что смерть наступила от отравления. Над самим Тиберием постоянно висела угроза покушения, и однажды он, в траурной одежде, привел свою жену и детей на площадь и обратился к народу с просьбой взять их под защиту.

Тем временем противники Тиберия получили новый предлог для нападок на трибуна. Умер Аттал, царь Пергама, одного из малоазийских государств. Посланец царя, Евдем, передал завещание, которое объявляло наследником покойного римский народ. Тиберий внес законопроект, по которому все сокровища пергамского царя распределялись между гражданами, получающими земельные участки по новому закому. При этом Тиберий подчеркнул, что он намерен решить этот вопрос с самим народом, не обсуждая его в сенате. Это вызвало у сенаторов чрезвычайное раздражение: они надеялись, что несметные богатства Пергама не минуют их рук. Вновь волна клеветы обрушилась на Тиберия. Один из сенаторов, Квинт Помпей, заявил: "Я сосед Тиберия, и мне известно, что Евдем привез в Рим и передал Тиберию корону пергамских царей. Разве не ясно всякому, что Гракх собирается стать царем Рима, погубить республику!" Затем выступил Квинт Метелл:

Когда Тиберий-отец, в бытность свою цензором, возвращался с позднего ужина домой, граждане тушили огни, чтобы цензор не подумал, что они засиделись в гостях или пьянствуют. Иное теперь! Тиберию-сыну самому освещают путь ночью. И кто?! Люди из черни, самые отчаянные и негодные! Так старался укорить Тиберия всякий, кому не нравилось, что трибун, встав на защиту народа, пренебрегает мнением богачей и аристократов. Но враги не только клеветали и укоряли: они продолжали угрожать, хотя по закону личность народного трибуна была неприкосновенной. По просьбе Тиберия его дом каждую ночь стали охранять вооруженные граждане.

Оптиматы с нетерпением ждали окончания срока полномочий Тиберия Гракха. Они надеялись, что тогда смогут легко расправиться с ним, а главное, отменить аграрный закон. Чтобы не погубить начатое дело, Тиберий решил вторично выставить свою кандидатуру на выборах народных трибунов. Это было нарушением древнего обычая, запрещавшего одному и тому же липу два года подряд избираться на государственную должность. Воспользовавшись этим, оптиматы стали обвинять Тиберия в намерении устроить государственный переворот. Они распространяли слухи о многочисленных дурных предзнаменованиях, якобы предвещавших гибель Тиберия. Будто бы в его боевой шлем заползли змеи и вывели там детенышей, а утром того дня, когда были назначены выборы народных трибунов, необычно вели себя священные куры: они не хотели выходить из клетки и отказывались клевать корм. А это считалось недобрым предзнаменованием.

В этот день неудачи преследовали Тиберия. Выходя из дому, чтобы идти на выборы, Тиберий так сильно ударился ногой о порог, что сломал ноготь большого пальца; сквозь обувь выступила кровь. Пройдя несколько шагов, он увидел на крыше дома двух дерущихся воронов. Камень, который столкнули птицы, упал у самых его ног. Некоторые из спутников Тиберия заколебались и стали советовать вернуться назад. Но проходивший мимо друг и учитель Гракха, философ Блоссий, сказал:

Велик будет стыд и позор, если ты, сын Гракха, внук Сципиона Африканского и вождь римского народа, испугавшись ворона, не отзовешься на призыв сограждан! А что скажут враги? Они, конечно, станут утверждать, что трибун считается с приметами больше, нежели с желанием народа.

И Тиберий продолжал свой путь.

Сначала все складывалось хорошо. Народ встретил трибуна восторженными кликами. Но в это время один из сторонников Тиберия, сенатор Фульвий Флакк, с трудом пробившись через толпу к трибуне, сообщил, что сенаторы готовятся к расправе с Гракхом и его единомышленниками и что с этой целью они собрали большое количество вооруженных сторонников. Друзья Тиберия, услышав о грозящей опасности, опоясали тоги и, разломав жерди, которыми ликторы оттесняют толпу, вооружились обломками. Стоявшие в задних рядах не слышали слов Фульвия и не могли понять причину тревоги. Тогда Тиберий, не надеясь, что его услышат, коснулся рукой головы, жестом желая показать, что его жизни грозит опасность. Враги поспешили истолковать этот жест по-своему и побежали в храм богини Верности, где происходило заседание сената. "Тиберий хочет стать царем! - кричали они. - Он хочет возложить на свою голову корону!" Главарь противников Тиберия, Сципион Назика, стал требовать от консула немедленной казни Гракха. Консул возразил:

Я не положу начала насилию и не нарушу правосудие. Но если народ, послушавшись Тиберия, нарушит законы республики, то я применю свою власть для ее защиты.

Спокойный тон консула еще более распалил ярость сторонников Назики. Он же, вскочив с места, крикнул:

Что я слышу? Даже консул предает республику! Кто хочет помочь мне, пусть следует за мной!

С этими словами он бросился к выходу. За ним устремились и другие сенаторы. Толпа людей, вооруженных палками, камнями, ножками от разбитых скамеек, хлынула на площадь, где происходило Народное Собрание. Стойких сторонников Тиберия на площади было немного. Крестьяне, обязанные Тиберию своей землей, отсутствовали, так как наступило время полевых работ. Среди городской бедноты было много людей, зависимых от аристократии, живших ее подачками. Они расступились перед сенаторами и не оказали им сопротивления. Друзья Тиберия были частью убиты, частью обращены в бегство. В схватке на площади погиб и Тиберий. Расправа над сторонниками Гракха продолжалась еще несколько дней: людей без суда предавали казни, ссылали. Даже трупы их подвергались надругательствам. Брат Тиберия, Гай, просил разрешения похоронить несчастного трибуна, но ему отказали, и тело Тиберия было брошено в реку. Заговор против Тиберия возник вследствие ненависти богатых к реформам, облегчавшим положение народа и ограничивающим произвол оптиматов. Обвинение Тиберия в стремлении к царской власти явилось лишь удобным предлогом для расправы с ним. Но, опасаясь гнева народа, сенат не посмел разогнать комиссию по переделу земель, в которую вместо Тиберия был избран один из его единомышленников. Народ свято чтил память героического трибуна и ненавидел его врагов. Назика - инициатор убийства Тиберия - несмотря на занимаемый им высокий пост верховного жреца, был вынужден покинуть Рим, где его в глаза называли убийцей, и умер в изгнании. Даже Сципион Эмилиан, необычайно популярный и всеми уважаемый в Риме, сразу лишился и уважения и любви, как только стало известно, что, услышав о гибели Тиберия, он процитировал греческого поэта Гомера: "Так да погибнет каждый, свершающий дело такое!" и неодобрительно отозвался о деятельности трибуна. Такова была короткая, но прекрасная жизнь славного сына римского народа Тиберия Гракха.

Два брата, знаменитые римские политические деятели. Происходили хотя и из плебейского, но уже выдвинувшегося в ряды новой оптиматской аристократии рода Семпрониев. Их отец, Тиберий Гракх, был два раза консулом и раз - цензором. По матери (Корнелии - дочери Сципиона Африканского) они примыкали к знатному и просвещенному кружку Сципионов, центру греческих идей и образованности, в котором обсуждались вопросы политического, экономического и социального характера в применении к существующему строю Римской республики. Женитьба обоих братьев на аристократках еще более скрепила их связи с влиятельной в политическом мире средой. Воспитанием своим и высокими стремлениями Гракхи обязаны в особенности матери, женщине благородной и просвещенной.

Тиберий Гракх

- (163-133 до Р. X.) впервые отличился во время 3-й Пунической войны; его храбрость была признана строгим Сципионом Эмилианом. Отправленный квестором в Испанию, он сделал по дороге много поучительных наблюдений над состоянием римских земель; особенно в Этрурии он был поражен пустынностью страны и исчезновением крестьян-землевладельцев. В нем сложилось убеждение, что преобладание крупного землевладения и страшное обеднение среднего класса - существеннейший недостаток римского экономического и социального строя и источник всех бедствий республики. Возвратясь в Рим, он добился избрания в трибуны (134) и предложил закон (lex agraria), по которому определялась высшая норма владения общественной землей (ager publicus) - именно, 500 югеров на человека (югер = четверть десятины), а если у владельца есть сыновья, то на долю каждого еще по 250 югеров - впрочем, в общем не более 1000 югеров на семью. Образовавшиеся вследствие этого правила отрезки от существовавших до того времени крупных владений должны были поступить в казну для раздачи участками по 30 югеров безземельным гражданам на условиях наследственной аренды. Участки должны были считаться неотчуждаемыми (отличие от Лициниевых законов); получавшие их обязаны были возделывать их и платить в казну умеренный оброк. Этот закон, наносивший удар крупному аристократическому землевладению, находил деятельную поддержку только в тесном кругу друзей и родственников Тиберия Гракха и вызвал ожесточенное противодействие со стороны большинства сенатской аристократии. Мягкий по природе Тиберий Гракх поневоле должен был прибегнуть к революционному способу действий. Борьба началась с того, что один из товарищей Тиберия Гракха по трибунату, Октавий, наложил свое veto на закон. Тогда Тиберий Гракх нарушил неприкосновенность трибунской власти, задав народу вопрос: "может ли оставаться трибуном тот, кто идет против интересов народа?" Голосование решило вопрос против Октавия, и он силой был сведен со скамьи трибунов. Теперь закон прошел, и назначена была комиссия для его осуществления: в комиссию вошли сам Тиберий Гракх, его брат Гай и тесть Аппий Клавдий. Опасаясь мщения со стороны врагов, Тиберий Гракх стал ходить по улицам в сопровождении многочисленной вооруженной толпы телохранителей. Особенно он боялся наступления нового года, когда кончится его трибунат, а вместе с тем и гарантия неприкосновенности. Поэтому он вопреки закону (нельзя было два года под ряд занимать одну и ту же должность) выставил свою кандидатуру на выборах в трибуны 133 г. На случай, если бы аристократия стала противодействовать его избранию, в день выборов им была приготовлена вооруженная сила. В сенате, собравшемся по соседству с местом народного собрания, стали раздаваться голоса, требовавшие немедленной казни бунтовщика и нарушителя вековых установлений. В то же время в народном собрании послышался треск от случайно сломавшихся скамей. Сенаторы приняли этот треск за начало возмущения и, схватив в руки первые попавшиеся тяжелые предметы, выбежали на площадь. Народ расступился; толпа сенаторов прямо направилась к трибуну. Среди происшедшего шума Гракх не мог говорить и рукой показал на свою голову в знак того, что ему угрожает опасность. Этот жест тотчас же объяснили, как требование царской диадемы, и народ (не сельское население, а городской пролетариат, не заинтересованный в судьбе Гракхова закона) совершенно отступился от трибуна. Тиберий Гракх пытался бежать, но оступился и был убит. В тот же день убито 300 приверженцев Тиберия, а затем начались уголовные преследования, хотя аграрный закон отменен не был, и комиссия продолжала действовать; место убитого в ней занял тесть Гая Гракха, Публий Красс Муциан, а по смерти последнего и Аппия Клавдия их заменили Марк Фульвий Флакк и Гай Папирий Карбон. Комиссия работала успешно и в течение 5 лет довела количество крестьян-землевладельцев с 300000 до 400000. Судьба Тиберия Гракха обнаружила косность римской аристократии и неспособность ее к своевременному удовлетворению нарождающихся потребностей. Друзья народного дела и сторонники коренных реформ убедились, что для успеха их начинаний необходимо прежде всего ослабить в политическом строе преобладание аристократии. Горячим деятелем в этом направлении явился младший брат Тиберия Гракха, -

Гай Гракх

- (153-121 г. до Р. X.). Это был человек иного темперамента, чем старший его брат: пылкий, решительный, смело, без оглядки вступавший на революционный путь, хотя, как и брат, противник вооруженного бунта. Он превосходил брата разносторонностью талантов, широтой и глубиной взглядов и неотразимым красноречием; ему легче было занять положение решительного вождя толпы. В 123 г. он был выбран в трибуны. Важнейшие законы Гая Гракха, клонившиеся к тому, чтобы соединить против аристократии все остальные классы населения, были следующие: 1) хлебный закон (lex frumentaria) о дешевой продаже хлеба бедным гражданам, жившим в Риме; 2) дорожный закон (lex viaria) о проведении по Италии новых дорог для облегчения сношений мелких землевладельцев, появившихся благодаря аграрному закону Тиберия Гракха; 3) судебный закон (lex judiciaria), по которому в списки судей, в которые прежде заносились только сенаторы, включены были также и всадники в равном с сенаторами числе. В связи с этим законом стоит закон товарища Гракха по трибунату, Ацилия Глабриона, по которому в делах о злоупотреблениях провинциальных правителей, о вымогательстве (lex repetundaruin) судьями могли быть только всадники, а не сенаторы. Далее 4) военным законом (lex nulitaris) облегчались беднякам трудности военной службы. Наконец, 5) предложено было основание новых земледельческих колоний на юге Италии (lex de coloniis deducendis). Все эти законы должны были доставить Гракху прочное большинство в народном собрании и деятельную защиту и помощь со стороны городского пролетариата, сельского населения и всаднического сословия. Еще двумя законами (lex de provinciis consularibus и lex de prov. Asia a censoribus locanda) прямо ограничивался произвол сената в раздаче для управления провинций. И тем не менее все римское гражданство отшатнулось от своего трибуна, когда он приступил к главной и самой дорогой для него реформе, при помощи которой он хотел коренным образом обновить обветшавший состав римского гражданства. Это был закон о даровании прав римского гражданства союзникам (lex de civitate sociis danda). При основании новых колоний Гракх всегда отводил место в числе колонистов, кроме римских граждан, и латинянам, а одну колонию он предложил вывести на место разоренного Карфагена, что шло вразрез с национальным чувством римлян. Чтобы ослабить влияние Гракха на народное собрание, аристократы выдвинули против него его товарища, трибуна Ливия Друза, с еще более привлекательными предложениями: 1) отменить оброк с тех участков земли, которые были розданы по аграрному закону Тиберия Гракха, 2) признать эти участки отчуждаемыми и 3) вместо предложенных Гракхом 3-х или 4-х колоний со включением латинян основать 12 новых колоний, но только для граждан. Предложения Ливия Друза были приняты с восторгом, и популярность Гракха подорвана; во 2-й год трибуната Гракха (в 131 г. Папирий Карбон провел закон о вторичном избрании трибунов) ему не удалось провести закона о союзниках, а на 3-й раз его даже не выбрали в трибуны и оставили за ним только заведование устройством карфагенской колонии. Именно вопрос об этой колонии послужил поводом к катастрофе, в которой погиб Гракх. На месте, отведенном для этой колонии, произошли неблагоприятные предзнаменования, чем воспользовался сенат и предложил отменить закон о ней. Друзья уговорили Гракха воспротивиться сенатскому предложению. Неохотно последовал он за своими вооруженными сторонниками на Авентин. Во время жертвоприношения, которое совершал консул Опимий, когда по обычаю хотели очистить толпу от дурных граждан, одному из окружавших Гракха показалось, что служитель хочет удалить самого Гракха; он выхватил меч и убил служителя. Поднялся шум и крик, во время которого Гракх хотел успокоить толпу, удержать ее от дальнейших насилий, но не заметил среди общего смятения, что прервал речь трибуна. Сенат тотчас же потребовал к ответу нарушителя трибунской прерогативы. Друзья уговорили Гракха не повиноваться; тогда Авентин был взят штурмом. Гракх бежал за Тибр; на следующий день нашли в лесу его труп рядом с трупом одного из рабов его. Есть предположение, что сам Гракх, отчаявшись в своей судьбе, приказал рабу убить его. Приверженцы Гракха были перебиты, имущество их конфисковано; на деньги, вырученные этим путем, построен новый храм Конкордии, и началась аристократическая реакция. Биографии обоих Гракхов есть у Плутарха. Хорошее изложение их деятельности у Моммзена и Ине. Ср. Nitzsch, "Die Gracchen und ihre Vorgänger"; Neumann, "Geschichte Roms während des Verfalls der Republik". На русском языке есть популярный сжатый очерк деятельности Гракхов в ст. П. М. Леонтьева "О судьбе земледельческих классов в древнем Риме" ("Отчет моск. унив." за 1861 г.).

Гибель Тиберия Семпрония Гракха.

Но в канун выступления Гракх погиб. За несколько дней до того он приносил жертву богам, и случилось чудо, предвещавшее беду. Откуда ни возьмись, вдруг выползли две змеи, объели печень жертвенного животного и так же внезапно скрылись из глаз. Жрецы советовали принести новую жертву, и, хотя теперь внутренности оберегали самым тщательным образом, повторилось то же самое. То же повторилось и в третий раз. Гадатели предупредили, что чудо возвещает об опасности, угрожающей полководцу, и что он должен остерегаться тайных советчиков и тайных замыслов. Но судьбу обойти не удалось.

Часть луканцев была на стороне Ганнибала, часть сохраняла верность Риму. Главою последних был некий Флав, второй год занимавший высшую в своих местах должность. Этот человек неожиданно надумал искать милостей у карфагенян. Но изменить самому и склонить к измене своих соплеменников ему казалось недостаточным, союз с врагами он хотел непременно скрепить кровью друга и гостя - римского командующего. Он побывал у Магона, пунийского начальника в Бруттии, и получил от него обещание, что карфагеняне заключат с луканцами союз и ни в чем не ограничат прежнюю их свободу, если Флав выдаст Гракха. Затем он привел Магона в какое-то горное ущелье и сказал, что доставит сюда Гракха с немногими спутниками.

Ущелье было очень удобно для засады, и, осмотрев все вокруг, пуниец и луканец условились о сроке предательского покушения.

Флав пришел к римскому командующему и объявил, что затеял очень важное дело, завершить которое можно только при участии самого Гракха: он почти уговорил власти всех луканских племен, переметнувшихся на сторону Ганнибала после Каннской битвы, вернуться к дружбе с Римом. Римляне легко забудут им прошлое, потому что нет народа менее злопамятного и более скорого на прощение. Так, пр словам Флава, уверял и убеждал он луканцев, но теперь они хотят услышать это от Гракха и в залог верности коснуться правой руки римского вождя. Флав назначил им для встречи уединенное место неподалеку от римского лагеря; все можно будет уладить и покончить в нескольких словах.

Гракх, не подозревая обмана, введенный в заблуждение правдоподобием того, что он услышал, взял с собою ликторов и турму конницы и поспешил навстречу своей гибели. Враги появились со всех сторон сразу, и Флав, точно желая рассеять последние сомнения, тут же очутился среди них. В Гракха и его всадников полетели дротики. Гракх соскочил с коня, велел спешиться остальным и призвал их воспользоваться единственной милостью, в которой не отказывает им судьба, - умереть со славой.

- Кругом только горы, лес и враги, - сказал он, - их много, а нас мало. Либо мы покорно, точно овцы, дадим себя перерезать, либо не станем ждать, но сами, первые, с гневом и яростью ударим - и испустим дух, залитые неприятельской кровью, меж грудами оружия и трупов! Все цельтесь и метьтесь в луканца - предателя и перебежчика!

Кто отправит его в царство мертвых впереди себя, кто принесет его в жертву подземным богам, тот и в самой смерти найдет великое утешение!

С этими словами Гракх обмотал левую руку плащом - у римлян не было при себе даже щитов - и ринулся на противника. Сила завязавшегося боя никак не отвечала числу бойцов. Со склонов вниз, в долину, неслись дротики и пробивали насквозь не защищенные доспехами тела. Гракха пунийцы пытались взять живым, но он отыскал взглядом Флава и врубился в гущу врагов, сокрушая всех и все на своем пути, так что остановить его смог только меч, вонзившийся в грудь.

Магон без малейших отлагательств распорядился отвезти его тело к Ганнибалу и положить на главной площади лагеря вместе со связками прутьев, отнятыми у мертвых ликторов. По приказу Ганнибала сразу за воротами лагеря соорудили погребальный костер, и мимо трупа Гракха прошло торжественным маршем, в полном вооружении, все карфагенское войско. Испанские солдаты исполнили воинственную пляску, почтили мертвого и все прочие племена, каждое по своему обычаю. Воздал ему должное словом и делом и сам Ганнибал.

Из книги Мифы и предания Древнего Рима автора Лазарчук Дина Андреевна

Семейные узы императора Тиберия Природная жестокость Тиберия заметна была еще с детства. Учитель его, Феодор Гадарский, известный ритор, браня, называл его "грязь, замешанная кровью", и более меткого определения никто не мог бы подобрать. Когда Тиберий стал императором,

Из книги Всемирная история. Том 1. Древний мир автора Йегер Оскар

ГЛАВА ПЕРВАЯ Начало гражданских смут в Риме, вызванных попытками реформ Тиберия Семпрония и Гая Семпрония Гракхов. - Война с Югуртой. - Кимвры и тевтоны Влияние последних событий на завоеванные страныПроследив ход внешних событий, которые привели к слиянию всех стран

Из книги Очерки истории цивилизации автора Уэллс Герберт

Глава двадцать шестая От Тиберия Гракха к богу-императору в Риме 1. Наука обманывать простых людей. 2. Финансы в Римском государстве. 3. Последние годы республиканской власти. 4. Эпоха полководцев-авантюристов. 5. Конец Республики. 6. Появление принцепса. 7. Почему Римская

Из книги Апостольское христианство (1-100 г. по Р.Х.) автора Шафф Филип

Пятнадцатый год правления Тиберия 3) Лука (Лк. 3:1,23) сообщает нам важные и несомненно точные сведения о правителях, находившихся у власти в тот момент, когда Иоанн Креститель и Христос приступили к своему общественному служению, - по обычаю левитов, это происходило в

Из книги Повседневная жизнь женщины в Древнем Риме автора Гуревич Даниэль

Семпрония, порочная и прелестная "В это время Катилина, говорят, завербовал множество разных людей, а также и нескольких женщин, которые вначале могли позволить себе огромные расходы, торгуя собой; впоследствии, когда с годами уменьшились только их доходы, но не их

автора

10. Гибель Дмитрия - соправителя "Грозного" и гибель Смердиса, занявшего престол "во сне" Камбиса 10.1. Версия Геродота По Геродоту, царь Камбис, убив Аписа, о чем мы рассказали выше, тотчас был поражен безумием. Правда, как отмечается, его безумство проявлялось уже раньше.

Из книги Завоевание Америки Ермаком-Кортесом и мятеж Реформации глазами "древних" греков автора Носовский Глеб Владимирович

17. Гибель персидского полководца Мардония - это гибель знаменитого Малюты Скуратова Он же - библейский Олоферн В самом конце греко-персидской войны погиб выдающийся персидский полководец Мардоний, назначенный царем Ксерксом командующим арьергардом. Геродот

автора

РЕФОРМЫ ТИБЕРИЯ И ГАЯ ГРАКХОВ Одна из главных особенностей Римского государства состояла в том, что такое занятие как политика было возведено на очень высокий уровень. В ней так или иначе участвовали самые широкие слои населения, были выработаны порой довольно сложные

Из книги 500 знаменитых исторических событий автора Карнацевич Владислав Леонидович

ОТЪЕЗД ТИБЕРИЯ НА КАПРИ ТиберийПреемник Августа Тиберий принадлежал к древнему патрицианскому роду Клавдиев. Его отец был человеком республиканских убеждений, воевал против Августа, и лишь милосердие последнего спасло ему жизнь. Правда, он вынужден был уступить

Из книги Великие тайны золота, денег и драгоценностей. 100 историй о секретах мира богатства автора Коровина Елена Анатольевна Из книги Тиберий. Преемник Августа автора Бейкер Джордж

Глава 13 Наследие Тиберия Римский мир, радуясь освобождению от старика с Капри, едва ли заметил то наследие, оставленное им последующим векам. Мир едва ли понимал, что именно он завещал или приготовил на будущее. Частично это было его намерением, но отчасти это было тем, что

Из книги Воины Рима. 1000 лет истории: организация, вооружение, битвы автора Маттезини Сильвано

Под знаком Тиберия Во время принципата Тиберия (14-37 гг. н. э.) понятие преторианской гвардии было уже прочно устоявшимся. Элитность этой части армии подчеркивалась более привилегированным официальным положением ее по сравнению с другими. Например, преторианец получал

Из книги Калигула автора Нони Даниель

X. Эволюция принципата Тиберия до 26 года Мало кто из принцепсов был объектом настолько противоречивых суждений, как Тиберий. Чтобы показать противоречивость этого человека, Тацит, его критик, противопоставлял начало принципата, полное мудрости и сдержанности, второй

Из книги Калигула автора Нони Даниель

XV. Мрачный конец принципата Тиберия Тацит несколько прямолинейно изображает принципат Тиберия, делая упор на морально-психологические характеристики и поведение правителя: "Он был скрытен и коварен, прикидываясь высокодобродетельным, пока были живы Германик и Друз; он

Из книги Калигула автора Нони Даниель

XVI. Частная жизнь Тиберия Калигула был в некотором роде "учеником" Тиберия и прошел хорошую школу обучения жестокости, что так явно отмечало правящего принципса. Что касается общеизвестного сладострастия Калигулы, то здесь также можно увидеть влияние Тиберия, имевшего

Из книги Калигула автора Нони Даниель

XIX. Калигула как наследник Тиберия В течение пяти лет - от казни Сеяна 18 октября 31 года до смерти Тиберия 16 марта 37 года - определилась судьба Калигулы. Более ничего уже не стояло между ним и наследованием Тиберию, однако необходимо было, чтобы старый принцепс с этим

Во II в. до н. э. для Рима, для Италии и для римских провинций наступила тяжёлое время. Римское крестьянство разорялось; рядом с мелкими участками крестьян выросли огромные имения римских богачей. Земли в этих имениях обрабатывались трудом сотен и тысяч рабов, захваченных во время многочисленных победоносных войн. Возвращаясь из далёких походов, крестьяне находили свои хозяйства в полном запустении. А крупные имения, где землевладельцы использовали дешёвый труд рабов, процветали. Рынки были наводнены сельскохозяйственными продуктами которые производились в этих имениях. Крестьянские хозяйства не могли выдержать борьбы с крупными землевладельцами и массами разорялись. Крестьяне продавали свои участки и уходили в города, прежде всего в Рим. Среди крестьян зрело недовольство, и всё чаще и чаще звучало требование наделения крестьян землёй.

Разорение крестьянства сильно снижало боеспособность римского войска, которое набиралось из крестьян. А для подавления таких мощных восстаний рабов, каким было восстание в Сицилии, была необходима сильная армия. Господство Рима над покорёнными народами держалось только на военной силе. Каждый римский гражданин хорошо понимал, что и его благополучие и будущее всего государства зависят от войска.

Приблизительно в это время в Риме вокруг Сципиона Африканского сгруппировались наиболее передовые римские деятели, философы и учёные греки. Они часто собирались вместе и горячо обсуждали наиболее важные политические вопросы, прежде всего, конечно, вопрос о том, как выйти из того тяжёлого положения, в каком очутилось римское государство. С особенным жаром здесь обсуждался вопрос о войске. На военной службе были только те из граждан, которые обладали имуществом. Всякий разорявшийся и терявший свою землю римский крестьянин выбывал из числа военнообязанных. Таким образом, разорение крестьянства самым пагубным образом отражалось и на численности войск. Следовательно, рассуждали в кружке Сципиона, чтобы спасти войско, необходимо возродить крестьянство.

К кружку Сципиона Африканского принадлежал Тиберий Гракх, который в обстановке всё усиливающейся борьбы крестьян за землю выдвинул проект передела общественной земли.

Ещё в ту далёкую пору, когда римляне шаг за шагом, завоёвывали Италию, они обычно отбирали у побеждённых одну треть их земель. Отобранная земля поступала в распоряжение государства. Это была так называемая "общественная земля". Римское правительство сдавало её в аренду за небольшую плату. Многие знатные римские семьи столетиями пользовались этой землёй и стали считать её как бы своей собственностью. Часть этой общественной земли и хотел передать крестьянам Тиберий Гракх.

Рассказывали, что мысль о переделе общественной земли зародилась у Тиберия, когда он возвращался после одного из походов. Проезжая через Северную Италию, он видел на пашнях, на которых ещё недавно сеяли и пахали римские крестьяне, рабов, работающих в цепях под надзором надсмотрщиков. Это произвело на него глубокое впечатление.

Но больше всего побуждал Тиберия выступить сам народ. Разоряющиеся римские крестьяне жаждали земли и выражали свои желания в многочисленных надписях на стенах храмов и общественных зданий.

Тиберий Гракх происходил из знатного плебейского рода. Многие представители этого рода занимали крупные государственные должности в римской республике. Его отец дважды занимал должность консула, был удостоен двух триумфов. Женившись на дочери победителя Ганнибала Корнелии, он породнился с влиятельной семьёй Сципионов. Умная и образованная Корнелия всю жизнь свою посвятила воспитанию детей.

Выдающиеся способности, хорошее образование и родственные связи позволили Тиберию рано начать политическую деятельность. Он вступает на путь, с которого обычно начинали знатные римляне его времени. В 147 г. до н. э. мы видим его в войсках Сципиона Эмилиана, осаждавших Карфаген. Во время штурма этого города Тиберий первым поднялся на неприятельскую стену. В армии его считали мужественным и дисциплинированным человеком.

Вскоре после окончания войны Тиберий был избран на должность квестора. С этой должности начиналась лестница высших государственных должностей в римской республике. Избрание в квесторы, таким образом, открывало перед Тиберием путь к дальнейшему продвижению.

В 134 г. до н. э. Тиберий, по обычаю, существовавшему в римской республике, сам выдвинул свою кандидатуру на выборах в народные трибуны и был избран на эту должность на 133 г. Немедленно же по вступлении в должность он начал осуществление своего плана.

Прежде всего Тиберий произнёс речь, в которой он говорил о доблести римлян и об огромных массах рабов, которые непригодны к военной службе и на которых хозяева их никогда не могут положиться. Упомянул он и о недавнем восстании рабов в Сицилии, а также о том, в какой опасности оказались рабовладельцы. После этого он выступил с тремя предложениями Во - первых, он предложил ограничить право пользования общественной землёй 500 югерами на самого арендатора и ещё по 250 югеров на двух его взрослых сыновей (если они имелись). Таким образом одна семья не должна была владеть участком больше чем в тысячу югеров.

Во - вторых, Тиберий предложил, чтобы вся общественная земля сверх этой нормы была отобрана у владельцев. Полученные таким путём излишки земли он хотел разделить между безземельными и малоземельными крестьянами участками по 30 югеров. Участки давались крестьянам за небольшую арендную плату и без права продажи. Смысл этих условий ясен: иначе богатые землевладельцы снова скупили бы эту землю у крестьян и реформа, задуманная Тиберием, ничего бы не изменила.

Наконец, в - третьих, Тиберий предложил создать особую комиссию из трёх лиц и поручить ей провести земельный закон в жизнь.

Когда распространилась весть о предложениях Тиберия, в Рим со всех сторон начали стекаться крестьяне. В короткий срок Тиберий стал вождём народного движения. Окружённый толпами сторонников, он обращался к ним с речами. Несколько фраз из таких речей Тиберия дошло до нашего времени. "И дикие звери в Италии, - говорил он, - имеют логова и норы, куда они могут прятаться, а люди, которые сражаются и умирают за Италию, бродят повсюду, как кочевники, с жёнами и детьми. Полководцы обманывают солдат, когда на полях сражений призывают их защищать от врагов гробницы и храмы. Ведь у множества римлян нет ни отчего дома, ни гробниц предков, а они сражаются и умирают за чужую роскошь, чужое богатство. Их называют владыками мира, а они сами не имеют и клочка земли". Легко можно себе представить, какое впечатление производили эти слова на римских крестьян, на бывших воинов римского войска.

Но не менее сильное впечатление они производили и на крупных землевладельцев. Знать увидела в предложениях Тиберия прежде всего посягательство на её имущество и поэтому отнеслась к нему с нескрываемой враждебностью. Предстояла жестокая борьба. В ходе этой борьбы роль вождя народного движения ко многому обязывала Тиберия. Крестьянские массы толкали его к более решительным действиям.

Препятствия на пути к проведению земельного закона стали возникать перед Тиберием сразу же после обнародования им своих предложений. Тогда же его врагами был пущен по городу слух, будто Тиберий предложил переделить землю только с той целью, чтобы возмутить народ и внести расстройство в жизнь государства. Римский сенат был против Тиберия, и это неудивительно: ведь сенаторы были самыми крупными землевладельцами.

Сенаторы подговорили выступить против Тиберия одного из народных трибунов - Октавия, выбранного на эту должность одновременно с Тиберием. По указке сената Октавий воспользовался правом всех народных трибунов налагать запрет (вето) на отдельные действия должностных лиц и наложил его на предложения Тиберия. Тиберий оказался в очень затруднительном положении. Выступить прямо против наложенного Октавием запрета, будучи сам народным трибуном, он не мог. Тогда он стал действовать иначе. Воспользовавшись в свою очередь своими трибунскими правами, он наложил запрет на деятельность должностных лиц республики впредь до того дня, когда его предложения будут поставлены на голосование в народном собрании. Кроме того, он запечатал храм Сатурна (Сатурн - у древних римлян - бог времени, посевов, покровитель плодородия), в котором помещалась часть римской казны. Тиберий, таким образом, приостановил всю государственную деятельность.

Все эти меры вызвали сильное раздражение противников Тиберия. Одни из них в знак протеста стали появляться на улицах в траурных одеждах, другие тайно готовили покушение на его жизнь, но никто не решался прямо выступить против запретов Тиберия или поставить вопрос о лишении его полномочий народного трибуна.

Тиберий созвал народное собрание. Предстояло решить, что делать, так как на предложения Тиберия оказался наложенным трибунский запрет Октавия. Вначале Тиберий попытался подействовать на Октавия увещаниями. Он просил его уступить справедливым требованиям народа и снять свой запрет. Зная, что Октавий сам является крупным землевладельцем и должен пострадать от закона, Тиберий предлагал ему возместить убытки из собственных средств. Октавий остался глухим ко всем просьбам и наотрез отказался снять запрет.

Тогда Тиберий пошёл на крайнее средство. Он заявил в присутствии всех собравшихся, что если два трибуна, имеющие одинаковую власть, столь резко расходятся во взглядах на такой важный вопрос, то дело может закончиться либо вооружённым столкновением между их сторонниками, либо один из двух должен быть отрешён от должности. Он предложил Октавию в этом же народном собрании поставить на голосование вопрос о смещении с должности его, Тиберия, и обещал, если народ выскажется против него, немедленно вернуться к жизни частного человека. Октавий отклонил и это предложение. Тогда Тиберий объявил, что в таком случае он поставит на голосование вопрос о смещении с должности Октавия. "Народный трибун, - говорил Тиберий, - есть лицо священное и неприкосновенное, ибо деятельность его посвящена народу и он призван защищать интересы народа. Но если трибун причиняет народу вред, умаляет его власть, препятствует ему голосовать, то он сам отрешает себя от должности, так как не исполняет своего долга".

Таким образом, Тиберий поставил интересы народа выше старых римских обычаев и порядков. Если народный трибун пренебрегает этими интересами, он должен быть смещён со своей должности, хотя, по римским обычаям, любое выборное должностное лицо считалось несменяемым и не могло быть лишено должности до новых выборов.

Тут же Тиберий внёс в народное собрание предложение об отстранении Октавия. Началось голосование. В народном собрании римские граждане голосовали по трибам, к которым все они были приписаны по месту своего проживания. Каждая триба голосовала отдельно. Конечный результат голосования определялся подсчётом голосов всех 35 триб.

Уже проголосовало 17 триб, и все высказались за отстранение Октавия. Тогда Тиберий приостановил голосование. Он снова, и в последний раз обратился к Октавию. Он убеждал его не подвергать себя бесчестию и не заставлять его, Тиберия, нарушать закон. Октавий молчал. Очевидцы рассказывали, что глаза его наполнились слезами, но он твёрдо заявил, что Тиберий может поступать с ним, как хочет. Для Октавия отношение к нему римской знати было важнее и дороже.

Голосование продолжалось. Все трибы голосовали против Октавия. Тиберий приказал свести Октавия с трибуны, на которой тот стоял. Народ заволновался. Если бы подоспевшие вовремя сторонники сената не вывели Октавия из толпы, он был бы растерзан.

Октавий перестал быть народным трибуном. Следовательно, потерял свою силу и запрет, наложенный им на предложения Тиберия. Тиберий поставил их теперь на голосование. Они прошли голосами всех 35 триб и стали законом. Тут же для проведения нового закона в жизнь была избрана комиссия. В состав её попали: сам Тиберий, его тесть Аппий Клавдий и младший брат Гай Гракх.

Комиссия начала свою работу. Ей предстояло решить множество дел, связанных с изъятием общественной земли и распределением её между крестьянами. Не всегда было легко решить, какая часть земельных владений должна быть изъята. Как уже говорилось, многие знатные римские семьи веками пользовались общественной землёй. За это время границы между собственными землями и землёй арендованной во многих случаях уже стёрлись. Кроме того, на общественной земле за счёт владельцев возводились постройки, осушались болота, разводились виноградники и т. п.

Крупные владельцы отчаянно сопротивлялись. Обстановка накалялась. Теперь даже прежние сторонники реформы, когда речь шла об изъятии находившихся у них земель, переходили в лагерь её противников. Но комиссия действовала. Сам Тиберий, встав на путь решительных действий, смело пошёл дальше. Он выдвинул новые законы, касавшиеся выдачи крестьянам, получившим земельные участки, денег из государственной казны на обзаведение, сокращения срока военной службы, обжалования судебных решений перед народным собранием и т. д.

Между тем время шло, и приближался срок окончания пребывания Тиберия в должности народного трибуна. Осуществление реформы было ещё только начато. Тиберий хорошо понимал, какие затруднения возникнут для дальнейшего её проведения, если он потеряет власть трибуна. Тогда он решился вторично выставить себя на предстоящих выборах в народные трибуны.

В истории римской республики было немало случаев, когда на должность народного трибуна выбирали одного и того же человека подряд два раза и больше. Теперь враги реформы заговорили о том, что повторное избрание в трибуны незаконно. Им важно было любыми средствами сорвать повторное избрание Тиберия и провести на эту должность своих сторонников.

Время трибунских выборов было для Тиберия неблагоприятным. Они происходили летом, когда сочувствующие ему крестьяне были заняты полевыми работами и не могли прийти в Рим. Горожане были ненадёжны - знать могла подкупить их.

В день выборов на римском форуме собралась огромная толпа. Сторонники Тиберия встретили его радостными криками, но не менее шумно вели себя и его противники.

Одному из приверженцев Тиберия, Фульвию Флакку, стало известно, что враги Тиберия сговорились между собой пойти на крайнее средство. Они решили убить Тиберия. Для этого у них уже было наготове большое число вооружённых сторонников и рабов.

С трудом протиснулся Флакк через толпу к тому месту, где стоял Тиберий, и предупредил его об опасности. Когда Тиберий сообщил близ стоящим о заговоре на его жизнь, они тут же стали разламывать скамейки и, вооружившись обломками, при готовились к защите. В задних рядах толпы ничего не понимали из того, что происходило впереди. Поднялся страшный шум. Тиберий приподнялся и хотел сказать собравшимся о том, что происходит. Но голос его не был слышен из - за шума. Тогда он коснулся рукой своей головы, желая этим дать понять, что голове его, то есть его жизни, угрожает смертельная опасность. Враги Тиберия истолковали этот жест иначе. Тиберий, кричали они, показывает на свою голову в знак того, что она должна быть увенчана царской короной.

В это время римский сенат заседал в находившемся неподалёку храме. Туда был послан вестник. Он сообщил сенаторам, что Тиберий якобы собирается покончить с республикой и объявить себя царём. Сенаторов охватило страшное возбуждение. Престарелый сенатор Сципион Назика вскочил со своего места и громко закричал: "Кто хочет спасти отечество, пусть следует за мной!" С этими словами Назйка устремился во главе сенаторов и их сторонников к форуму.

В бушевавшую уже здесь толпу влилась новая толпа, вооружённая дубинами, палками, обломками скамеек и т. п. Началась свалка. Сторонники сената устремились на тех, кто защищал Тиберия. Кто - то схватил его за одежду. Тиберий споткнулся и упал на лежащих перед ним людей. Когда он поднялся, один из врагов нанёс ему скамейкой удар по голове. Затем удары посыпались один за другим - и Тиберий был убит. Вместе с ним погибло более трёхсот его сторонников. Трупы убитых ночью сбросили в Тибр.

Так погиб Тиберий Гракх, веривший в возможность возродить римское крестьянство путём земельной реформы.

Содержание статьи

ГРАКХИ, Тиберий (Tiberius Sempronius Gracchus) (р. ок. 169/4-133 до н.э.) и Гай (Gaius Sempronius Gracchus) (р. ок. 160/53-121 до н.э.), братья, римские государственные деятели, пытавшиеся провести политические и социальные реформы. Их отцом был видный политик и полководец Тиберий Семпроний Гракх (ум. 154 до н.э.), а матерью - Корнелия, дочь знаменитого Сципиона Африканского Старшего. В семье было 12 детей, но 9 умерли в раннем возрасте. После смерти мужа многие искали руки Корнелии, в том числе царь Египта Птолемей VIII Фискон, однако она всем им отказала. Высокообразованная и одаренная от природы (стилем ее писем восхищался Цицерон), Корнелия посвятила себя хозяйственным заботам и воспитанию детей, которых она наилучшим образом подготовила к государственной деятельности. Дочь Семпронию она выдала за героя 3-й Пунической войны Сципиона Эмилиана (Сципиона Африканского Младшего); сын Тиберий женился на дочери Аппия Клавдия Пульхра, противника Сципиона.

Тиберий Гракх.

В 147-146 до н.э. Тиберий, под началом Сципиона Африканского Младшего, принял участие в 3-й Пунической войне. В 137 до н.э. он в качестве квестора (чиновника по финансам) служил в Испании и воспользовался давнишними связями отца с местными жителями, чтобы спасти римскую армию под Нуманцией от полного уничтожения. Тиберий был убежденным сторонником либеральных реформ и искренним патриотом, его крайне тревожил стремительный рост рабовладельческой экономики, что сопровождалось упадком свободного крестьянства, составлявшего костяк римской армии. В качестве народного трибуна в 133 до н.э. Тиберий предложил определить предельный размер участка общественной земли, находящейся в одних руках, на уровне 500 югеров (ок. 125 га), а все излишки распределить между безземельными гражданами, причем размер надела (30 югеров) должен был гарантировать жизнеспособность такого хозяйства. Когда его коллега Октавий, сохранивший верность консерваторам, наложил на этот законопроект вето, Тиберий убедил народное собрание сместить Октавия, после чего ему все же удалось провести свой законопроект. Желая обеспечить его исполнение, Тиберий стал добиваться избрания трибуном на второй срок, однако его противники объявили это незаконным. Возникли беспорядки, в ходе которых Тиберий был убит.

Гай Гракх.

В 134-133 до н.э. Гай служил под Нуманцией, когда она была взята Сципионом Африканским Младшим. Вернувшись в Рим, Гай активно занялся политикой (он с самого начала входил в комиссию по проведению начатой братом земельной реформы), но в 125 до н.э. был отправлен на Сардинию квестором. Вернувшись, он добился своего избрания народным трибуном на 123 до н.э. и был неожиданно переизбран на следующий год. Популярность, которой пользовался Гай у широких слоев населения Рима, вызывала зависть сенатской оппозиции. Если говорить о его реформах, то прежде всего Гай рядом законов постарался гарантировать себя от повторения судьбы брата. Затем он приступил к проведению самих реформ. Предусматривалась продажа зерна в Риме по твердым (как правило, субсидируемым) ценам, широкая программа осуществления общественных работ в Италии, а также вывод колоний. Трагическая неудача Тиберия ясно показала, что поддержки низов в борьбе с сенатом недостаточно, необходим более влиятельный союзник. Таким был в Риме класс всадников, располагавших значительными финансами и возможностями. Их поддержку должна была обеспечить передача им на откуп сбора налогов в богатой провинции Азия, а также формирование из всадников судов, которые рассматривали дела о вымогательстве сенаторов-наместников провинций. В 122 до н.э. Гай попытался распространить права римского гражданства на значительную часть населения Италии (латинов), а многих других ее обитателей повысить в статусе, предоставив им ограниченные права. Однако римские граждане не были готовы поступиться своими привилегиями, законопроект был провален, а Гай растерял популярность и не был избран на следующий срок. В 121 до н.э. противники Гая упразднили основанную им колонию в Африке, и когда он организовал своих сторонников для протеста, в Риме начались беспорядками. Сенат ввел чрезвычайное положение, объявив своих противников вне закона. Множество сторонников Гая были убиты, а сам он покончил жизнь самоубийством.

Ещё статьи журнала