Лодочный журналлодки, моторы и полезные советыВсе рубрики

История и общество

Роль колчака в гражданской войне

Редакция журнала49 мин чтения

Александр Васильевич Колчак родился 4 (16) ноября 1874 г., в Санкт-Петербурге. Сперва он получил домашнее образование, затем его определили в гимназию.

Александр Васильевич Колчак родился 4 (16) ноября 1874 г., в Санкт-Петербурге. Сперва он получил домашнее образование, затем его определили в гимназию. По вероисповеданию Александр был православным, что он неоднократно подчеркивал.

На экзамене, при переводе в третий класс, он получил "3" по математике, "2" по русскому и "2" по французскому, за что чуть было не оказался второгодником. Но вскоре он исправил "двойки" на "тройки" и был переведен.

В 1888 г. юный Колчак стал студентом Морского училища. Там ситуация изменилась до неузнаваемости. Бывший двоечник буквально "влюбился" в будущую профессию и стал относиться к учебе очень ответственно.

Участие в полярной экспедиции

В 1900 г. Колчак присоединился к полярной экспедиции, возглавляемой Э.Толлем. Целью экспедиции было исследовать район Северного ледовитого океана и попытаться найти полумифическую Землю Санникова.

По мнению руководителя экспедиции, Колчак был энергичным, деятельным и преданным науке человеком. Он назвал его лучшим офицером экспедиции.

За участие в исследовании лейтенант А. В. Колчак был награжден Владимиром четвертой степени.

Участие в войне

В конце января 1904 г. Колчак подал прошение о переводе в Морское ведомство. Когда оно было удовлетворено, он подал ходатайство в Порт-Артур.

В ноябре 1904 г. за службу он был награжден орденом Св. Анны. В декабре 1905 г. - Георгиевским оружием. Вернувшись из японского плена, он получил орден Станислава второй степени. В 1906 г. Колчаку торжественно вручили серебряную медаль в память о войне.

В 1914 г. его, участника обороны Порт-Артура, наградили нагрудным знаком.

Дальнейшая деятельность

В 1912 г. Колчак получил звание фланг-капитана. Во время Первой мировой войны он активно работал над планом минной блокады немецких баз.

В 1916 г. он получил звание вице-адмирала. В его подчинении находился Черноморский флот.

Убежденный монархист, после Февральской революции он, тем не менее, присягнул Временному правительству.

В 1918 г. он присоединился к "Директории", тайной антибольшевистской организации. К этому времени Колчак был уже военным министром. Когда руководители движения были арестованы, он получил пост Главнокомандующего.

Сперва судьба благоприятствовала генералу Колчаку. Его войска взяли Урал, но вскоре его стала теснить Красная армия. В итоге он потерпел поражение.

Вскоре он был предан союзниками и выдан большевикам. 7 февраля 1920 г. А. Колчак был расстрелян.

Личная жизнь

Колчак был женат на С. Ф. Омировой. Потомственная дворянка, воспитанница Смольного института, Софья была сильной личностью. Их отношения с Александром Васильевичем были непростыми.

Софья Федоровна подарила Колчаку троих детей. Две девочки умерли в раннем детстве, а сын Ростислав прошел Вторую мировую войну и умер в Париже в 1965 г.

Личная жизнь адмирала не была богатой. Его "поздняя возлюбленная", А. Тимирева, после его казни несколько раз была осуждена.

Другие варианты биографии

  • Именем Колчака называется один из островов Таймырского залива, а также мыс в том же регионе.
  • Сам Александр Васильевич дал имя другому мысу. Он назвал его мысом Софьи. Это название сохранилось до наших времен.

9 октября на российские киноэкраны выходит фильм "Адмирал". Картина рассказывает о последних годах жизни одной из самых ярких фигур истории начала ХХ века - легендарного адмирала Александра Колчака.

Опальный белогвардейский адмирал, посвятивший всю свою жизнь служению отечеству, в действительности мог стать гордостью России, но революция заставила забыть его имя почти на век.

"Не распространяйте никаких вестей о Колчаке, не печатайте ровно ничего...", - писал Ленин накануне расстрела адмирала. Приказ его исполнялся на протяжении почти всего двадцатого столетия - страна забыла о выдающемся флотоводце первой мировой, о полярном исследователе, определившем науку о море без малого на полвека.

Имя Александра Колчака было реабилитировано сравнительно недавно. Биографы и документалисты вновь заинтересовались его личностью. Однако собирать информацию о командующем Черноморским флотом пришлось буквально по крупицам: из немногочисленных архивных документов, стенограмм допроса и писем, из которых несколько десятков в период 1916-1920 годов было отправлено Анне Тимиревой, ставшей в 1918 году гражданской женой Александра Колчака.

До революции

Колчак вырос в семье военных, его отец был морским офицером-артиллеристом. В четырнадцать лет поступил в морской кадетский корпус, где сразу обратил на себя внимание. "Колчак, молодой человек невысокого роста с сосредоточенным взглядом живых и выразительных глаз... серьезностью мыслей и поступков внушал нам, мальчишкам, глубокое к себе уважение", - рассказывал его товарищ по корпусу. Когда в 1894 году Колчака удостоили первой премии, он отказался от нее в пользу своего товарища, которого считал способнее себя.

Окончив обучение, Александр Васильевич четыре года провел на кораблях Тихоокеанского флота. На стоянке в греческом Пирее его разыскал Эдуард Толь - известный географ и геолог. Он зачислил Колчака в готовившуюся экспедицию по поиску легендарной Земли Санникова. В мае 1901 года, во время зимовки шхуны "Зари", Толь и Колчак совершили 500-километровый маршрут на собачьих упряжках за 41 день. Сдержанный Толь тогда назвал Колчака "лучшим офицером экспедиции", а одному из островов, открытых в Таймырском заливе Карского моря, было присвоено имя Колчака. Позднее в советское время этот остров переименовали.

После двухлетней экспедиции на деревянном китобое "Заря", двух зимовок во льдах, возвращения и нового путешествия по следам пропавшего барона Толя, Колчак отправится на Русско-японскую войну.

В Порт-Артуре он командовал эсминцем, раненым и тяжелобольным попал в японский плен. А в конце апреля 1905 вместе с группой офицеров через Америку отправился в Россию.

С тех пор Колчак много делал для восстановления флота, работая в Морской академии и Морском генштабе. Одновременно он опубликовал труды на основе результатов полярных экспедиций, в которых предвидел глобальную картину дрейфа льдов в Северном Ледовитом океане. Через полвека его гипотезу подтвердили траектории движения советских и американских дрейфующих станций. Столетие спустя арктические исследования Колчака приобретут особую актуальность в связи с тем, что на международной арене будет вестись активная борьба за территории Северного Ледовитого океана.

Когда началась мировая война, Колчак проявил себя как выдающийся специалист по минному делу. Именно его система расположения минных полей помогала надежно защищать морские базы и боевые корабли. При непосредственном участии Александра Колчака уничтожались вражеские конвои и боевые корабли. Он неделями не покидал мостик, изумляя своей выносливостью и заражая энергией всех - от командиров кораблей до нижних чинов.

Еще до окончания войны Александра Васильевича Колчака назначили командующим Черноморским флотом с производством в вице-адмиралы. Это известие застало Колчака в Ревеле. Он сразу же поспешил в Гельсингфорс для получения дальнейших указаний.

Судьбоносная встреча

Так совпало, что расцвет карьеры Александра Колчака пришелся на смутное предреволюционное время. Тогда же произошла его встреча с Анной Васильевной Тимиревой - дочерью директора Московской консерватории Василия Сафонова.

Познакомились Колчак и Тимирева в доме лейтенанта Подгурского в Гельсингфорсе. Оба были несвободны: у Александра Васильевича была жена и сын, у Анны Васильевны - муж - капитан I ранга Сергей Тимирев.

Тогда они еще не знали, что вместе им суждено пробыть пять лет, причем большую часть этого времени придется прожить порознь. Месяцами они поддерживали связь письмами, которые писали так часто, как только было возможно. В этих посланиях - признания в любви и страх потерять друг друга.

"Прошло два месяца, как я уехал от Вас, моя бесконечно дорогая, и так еще жива передо мной картина нашей встречи, так же мучительно и больно, как будто это было вчера, на душе. Столько бессонных ночей я провел у себя в каюте, шагая из угла в угол, столько дум, горьких, безотрадных. Я не знаю, что случилось, но всем своим существом чувствую, что Вы ушли из моей жизни, ушли так, что не знаю, есть ли у меня столько сил и умения, чтобы вернуть Вас. А без Вас моя жизнь не имеет ни того смысла, ни той цели, ни той радости. Вы были для меня в жизни больше, чем сама жизнь, и продолжать ее без Вас мне невозможно", - писал адмирал к Анне Васильевне.

Она призналась ему в любви первой. "Я сказала ему, что люблю его". И он, уже давно и, как ему казалось, безнадежно влюбленный, ответил: "Я не говорил вам, что люблю вас". - "Нет, это я говорю: я всегда хочу вас видеть, всегда о вас думаю, для меня такая радость видеть вас". И он, смутившись до спазма в горле: "Я вас больше чем люблю"...

Александр Васильевич всюду возил с собой ее перчатку, а в его каюте висело фото Анны Васильевны в русском костюме. "...Я целыми часами смотрю на Вашу фотографию, которая стоит передо мной. На ней - Ваша милая улыбка, с которой у меня связаны представления об утренней заре, о счастье и радости жизни. Может, поэтому, мой ангел-хранитель, дела идут успешно", - писал адмирал Анне Васильевне.

Когда в начале марта 1917 года монархия в России пала, Колчак писала Тимиревой: "При возникновении событий, известных Вам в деталях, несомненно, лучше, чем мне, я поставил первой задачей сохранить в целости вооруженную силу, крепость и порт, тем более что я получил основание ожидать появления неприятеля в море после восьми месяцев пребывания его в Босфоре".

Колчак пользовался на флоте непререкаемым авторитетом. Его умелые действия довольно долго позволяли удерживать флот от революционного развала. Однако остановить этот процесс одному ему было не под силу.

В редкие минуты Колчак делился с Тимиревой своими сомнениями: "Пренеприятно, когда это чувство (командования) отсутствует или ослабевает и когда возникает сомнение, переходящее временами в какую-нибудь бессонную ночь, в нелепый бред о полной несостоятельности своей, ошибках, неудачах".

"Наши переживания за две войны и две революции сделают нас инвалидами ко времени возможного порядка... На почве дикости и полуграмотности плоды получились поистине изумительные... Впрочем, это ведь повсеместно, и Вы сами знаете это не хуже меня...", - писал Александр Колчак Тимиревой.

Верховный правитель российского государства

В октябре 1918 года адмирал был назначен военным и морским министром "сибирского правительства", а 18 ноября при поддержке кадетов, белогвардейских офицеров и интервентов произвел переворот и установил военную диктатуру, приняв титул "верховного правителя российского государства" и звание верховного главнокомандующего .

К этому времени жена Колчака Софья уже несколько лет проживала в эмиграции. Вот как описывает Александр Васильевич ей свое положение: "Я служу Родине своей Великой России так, как я служил ей все время, командуя кораблем, дивизией или флотом. Я не являюсь ни с какой стороны представителем наследственной или выборной власти. Я смотрю на свое звание как на должность чисто служебного характера. По существу, я Верховный главнокомандующий, принявший на себя функции и Верховной Гражданской Власти, так как для успешной борьбы нельзя отделять последние от функций первого. Моя цель первая и основная - стереть большевизм и все с ним связанное с лица России".

Последние годы жизни адмирала

В 1918 году Тимирева объявила мужу о своем намерении "всегда быть вблизи Александра Васильевича" и вскоре была официально разведена. После этого Анна Васильевна считала себя женой Колчака. Вместе они пробыли менее двух лет - по январь 1920-го, когда Колчак был передан ревкому.

Почти до самого конца Колчак и Тимирева обращались друг к другу на "Вы" и по имени-отчеству: "Анна Васильевна", "Александр Васильевич". В письмах у Анны только однажды вырывается: "Сашенька".

За несколько часов до расстрела Колчак написал ей записку, которая так и не дошла до адресата: "Дорогая голубка моя, я получил твою записку, спасибо за твою ласку и заботы обо мне... Не беспокойся обо мне. Я чувствую себя лучше, мои простуды проходят. Думаю, что перевод в другую камеру невозможен. Я думаю только о тебе и твоей участи... О себе не беспокоюсь - все известно заранее. За каждым моим шагом следят, и мне очень трудно писать... Пиши мне. Твои записки - единственная радость, какую я могу иметь. Я молюсь за тебя и преклоняюсь перед твоим самопожертвованием. Милая, обожаемая моя, не беспокойся за меня и сохрани себя... До свидания, целую твои руки".

Колчак был расстрелян возле Знаменского монастыря в Иркутске 7 февраля 1920 года в соответствии с распоряжением Ленина по приговору Иркутского военно-революционного комитета. Перед смертью, по преданию, адмирал пел свой любимый романс "Гори, гори моя звезда".

После расстрела тело Колчака увезли на Ушаковку (приток Ангары) и сбросили в прорубь.

Позднее были напечатаны воспоминания председателя Чрезвычайной следственной комиссии Самуила Чудновского: "Рано утром 5-го февраля я поехал в тюрьму, чтобы привести в исполнение волю революционного комитета. Удостоверившись, что караул состоит из верных и надежных товарищей, я вошел в тюрьму и был проведен в камеру Колчака. Адмирал не спал и был одет в меховое пальто и шапку. Я прочитал ему решение революционного комитета и приказал моим людям надеть ему ручные кандалы". Когда за адмиралом пришли и объявили, что будет расстрелян, он спросил, кажется, вовсе не удивившись: "Вот так? Без суда?"...".

После гибели Колчака, Анна Васильевна прожила еще 55 лет. Первые сорок лет этого срока она провела в тюрьмах и лагерях, из которых ее изредка выпускали на волю на короткое время. До последних лет жизни Анна Васильевна писала стихи, среди которых есть и это:

Полвека не могу принять -

Ничем нельзя помочь,

И все уходишь ты опять

В ту роковую ночь,

Но если я еще жива,

Наперекор судьбе,

То только как любовь твоя

И память о тебе.

Материал подготовлен на основе информации РИА Новости, открытых источников и коммуникационной группы Imars

Биография и эпизоды жизни Александра Колчака. Когда родился и умер Александр Колчак, памятные места и даты важных событий его жизни. Цитаты адмирала и политического деятеля, фото и видео.

Эпитафия

"И каждый год Седьмого февраля
Одна с упорной памятью моей
Твою опять встречаю годовщину.
А тех, кто знал тебя, - давно уж нет,
А те, кто живы, - все́ давно забыли.
И этот, для меня тягчайший, день -
Для них такой же, как и все́, -
Оторванный листок календаря".
Из стихотворения Анны Тимирёвой, возлюбленной Колчака, "Седьмое февраля"

Биография

Человек со сложной и трагической судьбой, один из лучших адмиралов в истории флота по свидетельствам современников, Колчак отличался благородством и прямотой. Он воплощал понятие о чести русского офицера. Бесстрашный полярный исследователь, всей душой преданный морю и родине, Александр Васильевич Колчак заслужил при жизни огромный авторитет у соотечественников и уважение даже врагов. Увы, судьба этого незаурядного человека оборвалась трагически, как и сотни других судеб в то роковое время, когда ему довелось жить...

Александр родился в дворянской семье потомственных военнослужащих. В гимназии мальчик учился из рук вон плохо, был едва не оставлен на второй год, и по окончании трёх классов отец принял решение перевести его в Морское училище. Вот там-то раскрылось истинное призвание будущего адмирала. Он стал лучшим учеником и ментором для своих однокашников. А увидев однажды море, Колчак навсегда отдал ему своё сердце.

Характер будущего адмирала всегда был пылким и страстным. Колчаку претила рутина, как впоследствии раздражала его и штабная служба. Он рвался в бой, на дело, и в конце концов был отправлен в полярную экспедицию. На Крайнем Севере Колчак проявил себя как увлечённый и грамотный учёный и бесстрашный командир, а его научные работы внесли значительный вклад в развитие отечественной науки.

Иллюстрация к материалу "Краткая биография александра колчака самое главное. Роль колчака в гражданской войне"

Александр Колчак - командующий Черноморским флотом (1917 г.)


Получив командование Черноморским флотом, Колчак вновь проявил себя: многим не нравился жёсткий нрав командующего, но вместе с тем его уважали и матросы, и офицеры. Благодаря Колчаку в смутные годы войны и революции на Черноморском флоте не происходило тех ужасов, которые творились на Балтийском. Известие об отречении и гибели царя стало для адмирала ударом. Но первейшей своей целью он считал служение России, спасение её из омута смутного времени. Колчак принял звание главнокомандующего и возглавил белое движение, став его символом и знаменем.

Но движение это было обречено. Внутренние раздоры, двуличие иностранных союзников, общая растерянность в борьбе с собственным народом - немало исторических работ описывают те страшные годы. Колчак не был политиком; он был солдатом, и ему непросто давалась необходимость управления. Сперва собственные люди, а затем и союзники, на слово которых Колчак полагался, предали его. После недолгого заключения адмирал был без суда расстрелян. Тело его было сброшено в речную прорубь, и сегодня только символический крест на берегу Ангары отмечает место гибели достойного сына России.

Иллюстрация к материалу "Краткая биография александра колчака самое главное. Роль колчака в гражданской войне"

Линия жизни

4 ноября 1874 г. Дата рождения Александра Васильевича Колчака.
1885-1888 гг. Обучение в Шестой петербургской классической гимназии.
1888 г. Поступление в Морское училище.
1890 г. Первый выход в море.
1892 г. Получение звания младшего унтер-офицера.
1895 г. Обучение штурманскому делу.
1897-1898 гг. Плаванье в Корею и Японию.
1898 г. Получение звания лейтенанта.
1899 г. Публикация первой научной статьи.
1900-1901 гг. Участие в Русской полярной экспедиции под руководством Толля.
1903 г. Колчак становится членом Императорского Русского географического общества.
1903-1904 гг. Командование спасательной экспедицией и поисками Толля на острове Беннетта.
1904 г. Женитьба на С. Омировой.
1904-1905 гг. Участие в Русско-японской войне. Получение ордена Святой Анны 4-й степени.
1906 г. Получение Константиновской медали географического общества.
1908 г. Получение звания капитана второго ранга.
1909 г. Публикация самого крупного научного труда Колчака о гляциологии.
1909-1910 гг. Участие в Гидрографической экспедиции Северного Ледовитого океана.
1913 г. Получение звания капитана первого ранга и назначение исполняющим на должность оперативного отдела штаба командования Балтийского флота.
1915 г. Назначение командующим Минной дивизии Балтийского флота. Знакомство с Анной Тимирёвой.
1916 г. Получение звания контр-адмирала, затем - вице-адмирала и командующего Черноморским флотом.
1917 г. Отбытие в составе русской военно-морской миссии в Англию и США.
1918 г. Поездка в Сингапур, Китай и Японию. Назначение военным и морским министром Временного Всероссийского правительства.
1918 г. Присвоение Колчаку звания адмирала и Верховного правителя России.
1919 г. Великий Сибирский Ледяной поход.
1920 г. Предательство союзников и выдача Колчака.
7 февраля 1920 г. Дата смерти Александра Колчака.

Памятные места

1. Троицкая церковь "Кулич и пасха" (проспект Обуховской Обороны, д. 235), где был крещён Александр Колчак.
2. Морской кадетский корпус (ранее - Морское училище), где учился Колчак (Санкт-Петербург, наб. Лейтенанта Шмидта, 17).
3. Нагасаки, где Колчак провёл зиму 1897-1898 гг. на крейсере "Крейсер".
4. Таймыр, где Колчак побывал во время Русской полярной экспедиции в 1900 г.
5. Остров Беннетта, куда Колчак отправился со спасательной экспедицией в 1903 г.
6. Люйшунькоу (ранее - Порт-Артур), в обороне которого Колчак участвовал во время Русско-японской войны в 1904 г.
7. Лиепая (ранее - Либава), где Колчак жил во время довоенной службы на Балтийском флоте.
8. Хельсинки (ране - Гельсингфорс), где Колчак познакомился с Анной Васильевной Тимирёвой.
9. Севастополь, где Колчак жил в 1916-1917 гг. во время командования Черноморским флотом.
10. Вашингтон, где в 1917 г. Колчак встречался с президентом США Вудро Вильсоном.
11. Пекин, куда Колчак прибыл в 1918 г.
12. Омск, где располагался штаб Колчака с 1918 г.
13. Иркутская тюрьма (ул. Баррикад, 63), где Колчак содержался перед расстрелом. Ныне в тюрьме расположен исторический музей с экспозицией в камере адмирала.
14. Крест на месте упокоения Колчака на берегу Ангары.

Эпизоды жизни

Всероссийская известность пришла к Колчаку во время его командования Черноморским флотом. Колчак считался признанным мастером минной войны, и ему удалось практически очистить Чёрное море от неприятельских судов Германии и Турции.

История любви А. Колчака и А. Тимирёвой остаётся одним из наиболее щемящих сердце эпизодов жизни адмирала. Анна Васильевна была женой флотского офицера, но в последние годы перед гибелью Колчака они не разлучались: Тимирязева последовала за возлюбленным и под арест.

В конце Гражданской войны и затем в эмиграции несколько лет в день расстрела Колчака служили панихиды в память о нём и всех погибших в Сибирском Ледяном походе 1919-1920 гг.

Иллюстрация к материалу "Краткая биография александра колчака самое главное. Роль колчака в гражданской войне"

Заветы

"Не мне оценивать и не мне говорить о том, что я сделал и чего не сделал. Но я знаю одно, что я нанёс большевизму и всем тем, что предал и продал нашу Родину, тяжкие и, вероятно, смертельные удары. Благословит ли Бог меня довести до конца это дело, не знаю, но начало конца большевиков положено всё-таки мною".

"Отцы социализма, я думаю, давно уже перевернулись в гробах при виде практического применения их учений в нашей жизни. На почве дикости и полуграмотности плоды получились поистине изумительные".

"Многие люди делают их бессознательно и потом сожалеют о сделанном, я обыкновенно делаю глупости совершенно сознательно и почти никогда об этом не сожалею".


Передача Никиты Михалкова из серии "Русский выбор", посвящённая А. Колчаку

Соболезнования

"Лучший сын России погиб страшной, насильственной смертью... Будет ли для нас священно то место, где навсегда смежились эти суровые и страдальческие глаза, с их взглядом смертельно раненного орла? <...> Когда-нибудь, очнувшись, Россия воздвигнет ему памятник, достойный его святой любви к Родине".
Александр Куприн, русский писатель </...>

"Адмирал Колчак был одним из самых компетентных адмиралов Российского флота и пользовался большой популярностью как среди офицеров, так и среди матросов..."
Александр Керенский, военный и морской министр Временного правительства

"Это был необычайно способный и талантливый офицер, обладал редкой памятью, владел прекрасно тремя европейскими языками, знал хорошо лоции всех морей, знал историю всех почти европейских флотов и морских сражений".
Генрих Цывинский, командир крейсера "Крейсер", где Колчак служил в чине мичмана

18 ноября 1918 года в Омске группа казаков арестовала министров-эсеров Всероссийского Временного правительства, несколько месяцев назад поднявшего восстание против советской власти. После этого вице-адмирал Александр Колчак, бывший военным и морским министром этого правительства, был провозглашён Верховным правителем России. Власть Колчака распространялась на огромные территории, многократно большие, чем в европейской части России, где власть была у большевиков. Однако эти бескрайние просторы были слабо заселены, а их промышленность и инфраструктура не были настолько же развитыми, как в западных и центральных регионах.

Более года Колчак оставался Верховным правителем, признанным в этой роли большинством лидеров Белого движения. Однако неудачный исход военного противостояния с большевиками, интриги и беспорядок в тылу предрешили судьбу Колчака. Тем не менее он навеки вошёл в историю как одна из самых значимых политических и военных фигур периода Гражданской войны. Каким был адмирал Колчак, чья личность и через сто лет после смерти вызывает восхищение у одних и негодование у других.

Полярный исследователь

Вряд ли кто-то мог предположить, что едва заступивший на службу молодой вахтенный офицер Александр Колчак уже через несколько лет станет знаменитым полярным исследователем. На рубеже ХIХ-ХХ веков между ведущими мировыми державами началась гонка за Северный и Южный полюс. Все страны снаряжали свои экспедиции как с целью славы (первыми добраться до полюса), так и с научными целями. Молодой Колчак не на шутку увлёкся гидрологией и, конечно, мечтал оказаться в одной из полярных экспедиций.

Узнав о походе ледокола "Ермак" в Северный Ледовитый океан, он тотчас обратился с рапортом о его зачислении в команду. Однако Колчак опоздал: команда уже была укомплектована и места ему не досталось.

Тем не менее ему удалось познакомиться с бароном Толлем, который планировал экспедицию по Северному морскому пути в поисках легендарной Земли Санникова. Популяризовал эту землю купец по фамилии Санников ещё за сто лет до этого. Купец хорошо знал северные края, видел горы на севере и был убеждён, что там есть непокрытая снегом земля с нормальным климатом. В пользу утверждений Санникова говорили и некоторые косвенные факты: северные птицы каждую весну улетали ещё дальше на север, а осенью возвращались. Это заставляло задуматься, ведь птицы не могут жить в вечной мерзлоте и если они улетают на север выводить потомство, значит, там есть пригодная для этого земля.

Барон Толль был искренне убеждён в существовании этой земли и ему удалось организовать экспедицию. Колчак завербовался в группу как специалист по гидрологии и занимался в экспедиции исследованиями по этому направлению.

Экспедиция продлилась два года. Исследователи составили тщательную карту северных берегов России, исследовали Таймыр и остров Беннета, открыли несколько маленьких островов, один из которых был назван в честь Колчака, но главную задачу так и не решили - земля Санникова не была найдена. Кроме того, руководитель экспедиции барон Толль вместе с несколькими спутниками погибли. Они отправились на остров Беннета, а шхуна "Заря", на которой остался и Колчак, должна была ждать их до определённого момента. Толль выдал морякам строгие инструкции: покинуть место стоянки, когда уголь будет на исходе, даже если сам Толль к тому моменту не вернётся.

В результате шхуна ушла, не дождавшись Толля. Все попытки моряков подойти к острову Беннета завершились неудачей из-за слишком сильных льдов, пешком дойти до острова также не было возможности.

Тем не менее после возвращения домой Колчак сразу же организовал поисковую экспедицию, ради которой он даже отложил собственную свадьбу. Экспедиция, руководителем которой он стал, была невероятно рискованной, поскольку предполагалось добираться до острова на шлюпках. Все считали эту экспедицию безумством, обречённым на гибель. Невероятно, но им удалось завершить её без потерь. Однажды сам Колчак провалился в ледяную воду, но его уже в бессознательном состоянии вытащил Бегичев. После этого случая Колчак до конца жизни страдал ревматизмом.

Экспедиция обнаружила дневники и записки Толля, места их стоянок, но саму группу, несмотря на интенсивные поиски, так и не удалось найти. Колчак вернулся домой знаменитостью, Русское географическое общество наградило его своей высшей наградой - Константиновской медалью.

Спустя почти десятилетие Колчак вновь отправился на север. Он был разработчиком гидрографической экспедиции Северного Ледовитого океана. Сам Колчак командовал одним из ледокольных пароходов, задействованных в экспедиции.

Эта экспедиция совершила одно из последних значимых географических открытий в истории, обнаружив Землю Николая II (ныне - Северная Земля). Правда, сам Колчак к моменту открытия уже был отозван в Морской генеральный штаб.

Военная служба

В первую очередь Колчак был военным человеком, а полярные исследования были скорее хобби. На флоте он считался специалистом по минному делу. Участвовал в Русско-японской войне, занимаясь минированием вод. На установленных им минах подорвался один из японских крейсеров.

С началом Первой мировой войны Колчак служил в штабе, но затем перевёлся в минную дивизию, которую возглавил. Разрабатывал операции по минированию. Серьёзные сражения на Балтийском море в ходе войны были редкостью. В 1916 году Колчака ждал приятный сюрприз. Сначала он повышается до контр-адмирала, а затем через несколько месяцев до вице-адмирала и назначается командующим Черноморским флотом.

Это назначение стало неожиданностью для всех, включая Колчака. При всех его несомненных талантах, ему ещё не доводилось командовать даже линкором, не говоря уже о столь крупных соединениях.

В качестве командующего флотом Колчаку предстояло осуществить невероятно дерзкую операцию по захвату Константинополя путём высадки морского десанта. Война с турками складывалась успешно, русские войска продвигались с Кавказа в западном направлении и имели большие успехи, особенно по меркам позиционной войны на западе.

План заключался в создании специальной Черноморской морской дивизии, в которую сводили георгиевских кавалеров и других опытных солдат, отличившихся на поле боя. Эта дивизия, на спецподготовку которой тратились огромные усилия, должна была высадиться на берегу и создать плацдарм для последующей высадки войск. После чего одним ударом планировалось овладеть Константинополем и вывести Османскую империю из войны.

Эта дерзкая и амбициозная операция должна была начаться весной 1917 года, однако произошедшая чуть раньше Февральская революция сорвала планы и операция так никогда и не была реализована.

Политические взгляды

Как и у подавляющего большинства дореволюционных офицеров, у Колчака не было сформировавшихся политических взглядов. Дореволюционная армия, в отличие от советской, не подвергалась массированной политической обработке, и политизированных офицеров, имевших чёткие взгляды, можно было пересчитать по пальцам одной руки. Более-менее можно выяснить политические позицию Колчака из допросов накануне расстрела: при монархии он был монархистом, при республике - республиканцем. Никакой политической программы, которая вызывала бы у него симпатию, не было. Да и не мыслили те офицеры подобными категориями.

Колчак поддержал февральский переворот, хотя его активным участником не был. Он сохранил свою должность командующего флотом, однако в считаные месяцы после революции армия и флот начали распадаться, Колчаку всё труднее было удерживать своих моряков в повиновении, и в конце концов летом 1917 года он покинул флот.

К тому времени центристы и правые уже начали подготавливать общественную мысль к необходимости сильной военной власти ради спасения страны. Особенно часто пресса писала об этом летом 1917-го, когда Временное правительство значительно полевело, а хаос и беспорядок в стране только усиливался. Колчак был одним из двух кандидатов "от общественности" на роль диктатора, наряду с главнокомандующим армией Лавром Корниловым. Колчак был известен, имел незапятнанную репутацию, но на этом все его достоинства заканчивались, поскольку военной силы, в отличие от Корнилова, он не имел. Вся его популярность ограничилась тем, что кадеты выдвинули его своим кандидатом на будущих выборах в Учредительное собрание.

Тем не менее Керенский, опасавшийся военного переворота, под надуманным предлогом отослал Колчака в США на несколько месяцев. Осенью Колчак отправился домой, но, пока он возвращался, в России произошла новая революция. Служить большевикам, которые собирались заключить "похабный" (по их же собственному определению) мир с немцами, Колчак не захотел и написал прошение о зачислении в британский флот для продолжения войны.

Восхождение к власти

Однако пока он добирался до места службы (в Месопотамии), обстоятельства изменились. В России на юге и востоке стали возникать антибольшевистские движения, и англичане настоятельно порекомендовали Колчаку ехать не на фронт, а в Манчжурию. Там находилась большая русская колония, обслуживавшая стратегически важную КВЖД, а кроме того, не было власти большевиков, что могло сделать её одним из центров объединения антибольшевистских сил. Колчак, имевший хорошую репутацию, должен был стать одним из центров притяжения противников красных. После смерти генералов Алексеева и Корнилова Колчак стал главным кандидатом в военные диктаторы и спасители России.

Пока Колчак находился в Азии, в Поволжье и Сибири произошли антисоветские восстания. В Поволжье - силами эсеров. В Сибири восстал чехословацкий легион. И там и там появились белые правительства, правда, скорее их можно назвать розовыми, поскольку основной движущей силой и в поволжском Комуче, и сибирском Временном правительстве играли эсеры, которые по своим взглядам были левыми, но чуть умереннее большевиков.

В сентябре 1918 года оба правительства объединились в Директорию, которая стала объединением всех антибольшевистских сил: от левых меньшевиков и эсеров до правых кадетов и едва ли не монархистов. Однако коалиция со столь сложным составом испытывала понятные проблемы: левые не доверяли правым, правые - левым. В этой обстановке в Омск, где находилась столица Директории, прибыл Колчак, ставший военным и морским министром правительства.

После ряда военных неудач коалиция окончательно распалась и перешла к открытой вражде. Левые сделали попытку создания своих вооружённых отрядов, что правые оценили как попытку переворота. В ночь на 18 ноября 1918 года группой казаков были арестованы все левые министры Директории. По результатам тайного голосования оставшихся министров учреждалась новая должность - Верховного правителя России, которая была передана Колчаку, по такому случаю повышенному из вице-адмиралов в адмиралы.

Верховный правитель

Поначалу Колчаку сопутствовал успех. Учреждение единоличной власти вместо раздираемой противоречиями коалиции благоприятно сказалось на положении в Сибири. Была укреплена армия, ставшая более организованной. Были предприняты кое-какие экономические меры для стабилизации экономической ситуации (в частности, внедрение прожиточных минимумов в Сибири). В армии были восстановлены дореволюционные награды и уставы.

Весеннее наступление Колчака позволило занять обширные территории, русская армия Колчака остановилась на подступах к Казани. Успехи Колчака воодушевили остальных белых командиров, действовавших в других регионах. Значительная их часть присягнула Колчаку и признала его Верховным правителем.

В руках адмирала оказался золотой запас, который тратился только на закупку обмундирования и вооружения для армии. Помощь иностранных союзников Колчаку на самом деле чрезвычайно преувеличена военной пропагандой большевиков. В действительности, никакой помощи он толком и не получал, за исключением изредка осуществлявшихся поставок вооружения за золото. Союзники даже не признали государство Колчака, единственной страной, сделавшей это, было Королевство сербов, хорватов и словенцев.

Более того, отношения с союзниками были чрезвычайно натянутыми, а порой и откровенно враждебными. Так, глава французской военной миссии Жанен откровенно презирал и русских вообще, и Колчака в частности, о чём откровенно поведал в своих мемуарах. Главной своей задачей Жанен видел помощь чехословакам, которые, по его мнению, должны были как можно скорее покинуть Россию.

Чуть лучше было отношение британцев, которые, впрочем, зорко следили за тем, кто сильнее, чтобы ориентироваться на него. На рубеже 1918-1919 годов Колчак выглядел перспективной фигурой, однако к середине 1919 года стало очевидно, что побеждают большевики и всякая, даже чисто номинальная, поддержка белым прекратилась, а британское правительство переориентировалось на установление торговых отношений с красными.

Поражение

Первоначальные успехи Колчака были связаны с тем, что основным фронтом в момент его наступления был южный, где большевики сражались с Деникиным. Однако выступление Колчака создало для них угрозу ещё и с востока. В начале 1919 года они значительно укрепили восточный фронт, добившись значительного численного превосходства. Колчак изначально контролировал огромные, но слабозаселённые территории со слабо развитыми транспортными коммуникациями. Даже с учётом мобилизаций он при всём желании не мог набрать армию, которая хотя бы менее чем в два раза численно уступала большевикам, контролировавшим наиболее густозаселённые районы страны. Кроме того, в европейской части России значительно лучше были развиты транспортные коммуникации, что позволяло большевикам легко и в кратчайшие сроки перебрасывать огромные резервы для укрепления того или иного фронта.

Ещё одним важным фактором, внёсшим вклад в итоговое поражение Колчака, стали чехи. В конце 1918 года завершилась Первая мировая война, Чехословакия получила независимость от Австро-Венгрии и чехословацкий легион, бывший весьма значительной в военном отношении силой, поспешил домой. Чехи больше и думать не хотели ни о чём другом, кроме возвращения домой. Многочисленные эшелоны бегущих чехов полностью парализовали главную транспортную артерию Сибири - Транссибирскую магистраль и внесли хаос и дезорганизацию в тыл армии Колчака, начавшей стратегическое отступление после наступления значительно превосходивших сил красных.

Фактически чехи просто сломали Колчаку всю организацию. Его отношения с чехами и раньше были не идеальными, теперь же дело дошло до открытой вражды. Начались мелкие стычки белых и чехов, стороны грозились друг другу арестами и т.д. Англичане устранились, передав все дела французской миссии под командованием Жанена, который стал командующим всеми союзными силами в России. Главной задачей считал он всестороннюю поддержку "благородным чехам" в бегстве из России (во всяком случае, так он объяснял свои поступки в мемуарах).

В конце концов дело дошло до переворота. Колчак, которому собственное дело борьбы с большевиками было куда важнее мечтаний чехов поскорее оказаться дома, пытался командными методами хоть как-то противостоять транспортному коллапсу, созданному чехами. Они, по согласованию с Жаненом, в один день совершили тихий переворот, посадив адмирала под конвой и завладев золотым запасом.

Чехи и французская миссия заключили с большевиками союз. В Иркутске полагалось передать Политцентру (эсеровская организация) Колчака, после чего уже никто не мешал бы чехам спокойно уйти из России по Транссибу.

В январе 1920 года Колчак был передан Политцентру в Иркутске. В это время недалеко от города находился отряд Скипетрова, который планировал напасть на Иркутск и подавить восстание Политцентра, однако чехи к тому времени уже перешли на сторону красных, отряд Скипетрова был разоружён и взят в плен. Кроме того, Жанен объявил, что любой, кто попытается подавить восстание Политцентра и захватить Иркутск, будет иметь дело с союзниками.

Адмирала несколько дней допрашивали, после чего расстреляли без суда, по постановлению военно-революционного комитета.

Кем был Колчак?

Военная пропаганда большевиков рисовала Колчака марионеткой союзников, но это, разумеется, не так. Будь он марионеткой, его судьба сложилась бы значительно благополучнее. Его бы спокойно вывезли с чехами, выделили бы домик в Корнуолле, где он писал бы мемуары о лихом прошлом. Однако Колчак пытался настаивать на своих правах, позволял себе орать на союзников, спорить с ними и вообще был крайне несговорчив (из-за чего его правительство так и не получило официального международного признания). Интервенцию он считал глубоко оскорбительной: "Меня это оскорбляло. Я не мог относиться к этому доброжелательно. Сама цель и характер интервенции носила глубоко оскорбительный характер: это не было помощью России, всё это выставлялось как помощь чехам, их благополучному возвращению, и в связи с этим всё получало глубоко оскорбительный и глубоко тяжёлый характер для русских".

Был ли Колчак кровавым диктатором? Диктатором, несомненно, был и никогда этого не отрицал. Его правление - единственный в российской истории случай установления военной диктатуры.

Был ли Колчак кровавым? Несомненно, что при нём проводились репрессии против большевиков (правда, чаще всего они заканчивались арестами), но также несомненно, что он отнюдь не самый кровавый деятель Гражданской войны. И у красных, и у белых находились фигуры куда более жестокие и кровавые. К слову, сам Колчак в быту вообще был человеком довольно впечатлительным и даже сентиментальным. Возможно, поэтому в перестроечное время Колчаку даже приписывалось авторство знаменитого романса "Гори, гори, моя звезда", но это не более чем популярный миф. Песня была написана ещё до рождения адмирала.

Также следует учитывать, что в Сибири в то время действовали отряды всевозможных автономных и никому не подчинявшихся батек-атаманов типа Калмыкова. Они грабили кого хотели, сами себе были властью, подчинялись только атаманам, а те, в свою очередь, плевать хотели на Колчака и его приказы. Несмотря на то что чаще всего они действовали сами по себе, формально они относились к белым, так как воевали против красных, а все их злодеяния в рамках пропагандистской войны записывались на всех белых вообще и Колчака в частности.

Что касается "поротой Сибири", то это не более чем военная пропаганда времён Гражданской войны. На допросе перед расстрелом его спрашивали лишь об одном подобном инциденте (вероятно, другие допрашивавшим не были известны) - о порках при подавлении восстания в селе Куломзино. Однако Колчак упорно отрицал, что когда-либо отдавал подобные приказы, поскольку является убеждённым противником телесных наказаний. Особого резона врать накануне смерти у адмирала не было, что в предисловии к опубликованным протоколам допроса сообщали и сами допрашивавшие его члены военно-революционного комитета, сошедшиеся во мнении, что показания Колчака правдивы. Если нечто подобное и случалось, то, вероятнее всего, это было следствием самоуправства на местах, которого было практически невозможно избежать в условиях подобной войны.

Колчак был типичным продуктом своего времени, то есть Гражданской войны. И все претензии, которые ему можно предъявить, аналогичным образом можно адресовать и всем остальным участникам этой войны, и это будет справедливо.

Колчак преследовал своих политических противников? Но тем же самым занимались и все остальные силы: от зелёных до красных. Колчак сотрудничал с иностранцами? Но и все остальные занимались тем же самым. Ленин приехал в пломбированном вагоне при содействии германского правительства и на все вопросы спокойно отвечал, что он не знает, почему немцы ему помогали и его это даже не интересует, ему интересна только его политическая программа. Колчак, чисто теоретически, вполне мог ответить примерно так же.

На стороне Колчака воевали белочехи? Это правда. Но и у большевиков в Красной армии было около 200 тысяч немцев, венгров и австрийцев, попавших в плен в годы Первой мировой войны и выпущенных из лагерей военнопленных в обмен на согласие воевать в РККА.

У Колчака не было продуманной политической и экономической программы? Но её не было ни у кого, даже у большевиков. Ленин за несколько дней до революции вспомнил, что у партии "вместо экономической программы - пустое место", и, взяв власть, большевикам пришлось импровизировать на ходу.

Колчак проиграл свою главную войну и принял поражение с достоинством. Допрашивавшие его члены иркутского ВРК даже прониклись к адмиралу некоторым уважением, о чём и сообщили в предисловии к опубликованным материалам допросов. Колчак не был чудовищем, но не был и святым. Его нельзя назвать гением, но и не назовёшь посредственностью или бездарностью. Он не рвался к власти, но смог легко её получить, однако ему не хватило политического опыта и политической наглости, чтобы её не потерять.

Победи Колчак, белые группировки не смогли бы создать сильной единой власти. За их политическую недееспособность Россия расплатилась бы с западными державами большими территориями

Адмирал Колчак до 1917 года был в России невероятно популярен благодаря своим полярным экспедициям и деятельности на флоте до и во время Первой мировой войны. Именно благодаря такой популярности (соответствовала ли она реальным заслугам или нет - отдельный вопрос) Колчаку и выпало сыграть значительную роль в Белом движении.

Февральскую революцию Колчак встретил вице-адмиралом на посту командующего Черноморским флотом. Одним из первых он присягнул Временному правительству. "Раз император отрекся, то этим самым он освобождает от всех обязательств, которые существовали по отношению к нему... я... служил не той или иной форме правительства, а служу родине" , - заявит он позже на допросе Чрезвычайной следственной комиссии в Иркутске.

В отличие от Балтийского флота, первые дни революции в Севастополе прошли без массовых расправ матросов над офицерами. Иногда это представляют как блестящую заслугу Колчака, сумевшего сохранить порядок. На деле, однако, даже он сам называл другие причины спокойствия. Зимой на Балтике льды, а Черноморский флот выходил на боевые задания круглогодично, месяцами в портах не стоял. И потому береговой агитации был подвергнут меньше.

Главком Колчак быстро начал приноравливаться к революционным новшествам - матросским комитетам. Утверждал, что комитеты "вносили известное спокойствие и порядок". Бывал на собраниях. Назначал время выборов. Согласовывал кандидатуры.

Режиссеры сладкого фильма "Адмиралъ" обделили вниманием страницы стенограммы допроса Колчака, описывавшие данный период, изобразив лишь бесконечное презрение командующего к взбунтовавшейся "матросской черни".

"Революция внесет энтузиазм... в народные массы и даст возможность закончить победоносно эту войну...", "Монархия не в состоянии довести эту войну до конца..." - рассказывал Колчак позже иркутским следователям о своих тогдашних умонастроениях. Так же думали многие, например, Деникин. Генералы и адмиралы надеялись на революционную власть, но быстро разочаровались в проявившем полное бессилие Временном правительстве Керенского. Социалистическую же революцию, что понятно, они не приняли.

Однако в своем непринятии Октября и перемирия с немцами Колчак пошел дальше других - в посольство Великобритании. Он попросился на службу в английскую армию. Столь оригинальный для русского офицера поступок на допросе он объяснил опасениями, как бы над Антантой не одержал верх германский кайзер, который "затем продиктует нам свою волю": "Единственное, чем я могу принести пользу, это драться с немцами и их союзниками, когда угодно и в качестве кого угодно".

И, добавим мы, где угодно, даже на Дальнем Востоке. Колчак отправился воевать туда против большевиков под английским командованием и этого он никогда не скрывал.

В июле 1918 года британскому военному министерству пришлось даже просить его быть посдержаннее: шеф военной разведки Джордж Мэнсфилд Смит-Камминг приказывал своему агенту в Маньчжурии капитану Л. Стевени немедленно "разъяснить адмиралу, что было бы весьма желательно, чтобы он хранил молчание о его связях с нами" .

В это время власть большевиков за Волгой была в мае-июне 1918 года почти повсеместно свергнута при помощи едущего во Владивосток чехословацкого корпуса, эшелонами растянувшегося по всему Транссибу. А при помощи "настоящего русского флотоводца" Колчака Великобритания могла бы эффективнее отстаивать в России свои интересы.

После свержения советской власти на Дальнем Востоке разыгрались политические страсти. Среди претендентов на власть выделялись левый самарский Комуч - социалисты, члены разогнанного Учредительного собрания, - и правое омское Временное Сибирское правительство (не путать с Временным правительством Керенского). По-настоящему вцепиться друг другу в горло им мешало лишь наличие у власти в Москве большевиков: находясь в союзе, пусть и шатком, белые были еще способны удерживать линию фронта. Антанта не желала снабжать мелкие армии и перебивавшиеся при них правительства, из-за своей слабости не способные контролировать даже уже занятую территорию. И вот в сентябре 1918 года в Уфе был создан объединенный центр власти белых, названный Директорией, в который вошла большая часть бывших членов Комуча и Временного Сибирского правительства.

Под напором Красной Армии Директории вскоре пришлось в спешном порядке эвакуироваться из Уфы в Омск. А надо сказать, что правая верхушка Омска ненавидела левых антибольшевиков из Комуча почти так же, как и большевиков. В "демократические свободы", якобы исповедовавшиеся Комучем, омские правые не верили. Мечтали же они о диктатуре. Комучевцы из Директории осознавали, что в Омске против них готовится мятеж. Слабо надеяться они могли лишь на помощь чехословацких штыков и на популярность в населении своих лозунгов.

И вот в такой ситуации в готовый взорваться Омск приезжает вице-адмирал Колчак. Он популярен в России. Ему верит Великобритания. Именно он выглядит компромиссной фигурой для англичан и французов, а также находившихся под влиянием англичан чехов.

Левые из Комуча, надеясь, что Лондон поддержит их как "более прогрессивные силы", стали вместе с правыми приглашать Колчака на пост военно-морского министра Директории. Тот согласился.

А две недели спустя, 18 ноября 1918 года, в Омске случился бонапартистский переворот. Директорию отстранили от власти. Ее министры передали все полномочия новому диктатору - Колчаку. В тот день он стал "Верховным правителем" России. И именно тогда, кстати, был повышен в звании до полного адмирала.

Англия полностью поддержала колчаковский переворот. Видя неспособность левых создать сильную власть, англичане предпочли "более прогрессивным силам" умеренно-правых представителей омской элиты.

Противники Колчака справа - атаман Семенов и др. - вынуждены были смириться с личностью нового диктатора.
Не стоит при этом, однако, думать, что Колчак был демократом, как его зачастую пытаются сегодня представить.

"Демократический" язык переговоров правительства Колчака с Западом был очевидной условностью. Обе стороны хорошо понимали всю иллюзорность слов о грядущем созыве нового Учредительного собрания, которое-де рассмотрит вопросы суверенитета национальных окраин и демократизации новой России. Сам адмирал отнюдь не стеснялся именования "диктатор". С первых же дней он обещал, что преодолеет "постреволюционный развал" в Сибири и на Урале и победит большевиков, сосредоточив в своих руках всю гражданскую и военную власть в стране.

На деле, однако, сосредоточить в своих руках в то время власть было непросто.

К 1918 году в России было уже около двух десятков антибольшевистских правительств. Одни из них выступали "за независимость". Другие - за право собрать именно вокруг себя "единую и неделимую Россию". Всё это как нельзя кстати способствовало развалу России и контролю над ней союзников.

Внутри большевистской партии было гораздо меньше политических разногласий. При этом контролируемая большевиками территория РСФСР занимала центр страны почти со всеми промышленными и военными предприятиями и широкой транспортной сетью.

В такой ситуации разъединенные очаги белых почти ничем не могли помочь друг другу. Транспорт и телеграф работали через заграницу. Так, курьеры от Колчака к Деникину ехали на пароходах через два океана и на нескольких поездах месяцами. О перебросках же живой силы и техники, оперативно осуществлявшейся большевиками, не могло быть и речи.

Политической задачей Колчака было обеспечение баланса между социалистами, кадетами и монархистами. Часть левых оказалась вне закона, но с остальными жизненно необходимо было договориться, не допустив их переориентации на большевиков. Однако уступи Колчак левым - и он быстро потерял бы жизненно необходимую поддержку правых, и без того недовольных "левизной" курса власти.

Правые и левые тянули правителя каждые в свою сторону, компромисса между ними достичь не удавалось. И вскоре Колчак начал метаться между ними. Всё чаще взрывы его эмоций чередовалась с подавленностью, апатией. Этого не могли не замечать окружающие. "Лучше, если бы он был самым жестоким диктатором, чем тем мечущимся в поисках за общим благом мечтателем... Жалко смотреть на несчастного адмирала, помыкаемого разными советчиками и докладчиками", - писал правонастроенный генерал А. П. Будберг, один из руководителей колчаковского военного министерства. Ему вторил последовательный политический противник Колчака, эсер-учредиловец Е. Е. Колосов: "Он был положительно тем же Керенским... (таким же истеричным и безвольным существом...), только, обладая всеми его недостатками, он не имел ни одного из его достоинств". Вместо сближения левых и правых групп между ними ширилась пропасть.

22 декабря 1918 года в Омске вспыхнуло антиколчаковское восстание. Монархические военные круги, подавив его, заодно расправились и с 9 из сидевших в тюрьме бывших комучевцев. Комучевцы ожидали в тюрьме решения суда за их противодействие власти адмирала.

О кровавом подавлении восстания вспоминал уцелевший в омских застенках член ЦК партии эсеров "учредиловец" Д. Ф. Раков: "...Не меньше 1500 человек. Целые возы трупов провозили по городу, как возят зимой бараньи и свиные туши... город замер от ужаса. Боялись выходить на улицу, встречаться друг с другом".

А эсер Колосов так комментировал эту расправу: "Можно было, воспользовавшись смутой, получить для подавления мятежа всю фактическую власть в свои руки и, подавив мятеж, направить острие того же оружия... против "выскочки" Колчака... Справиться с Колчаком оказалось не так легко, как наприм., с Директорией. За эти дни дом его усиленно охранялся... английскими солдатами, выкатившими прямо на улицу все свои пулеметы".

Колчак удержался на английских штыках. И, обеспечив с помощью английской же охраны выезд из Сибири остальных "учредиловцев", чудом избежавших расстрела, был вынужден замять дело.

Простым исполнителям дали скрыться. Их руководители наказаны не были. Адмирал не имел достаточно сил для разрыва с правыми радикалами. Тот же Колосов писал: "Иванов-Ринов, усиленно соперничавший с Колчаком, сознательно бросил ему в лицо трупы "учредильщиков"... в расчете, что он не посмеет отказаться от солидарности с ними, и всё это свяжет его круговой кровавой порукой с порочнейшими из реакционных кругов".

Все реформы Колчака провалились.

Земельный вопрос правитель так и не решил. Изданный им закон был реакционным для левых (восстановление частной собственности) и недостаточным для правых (отсутствие восстановления помещичьего землевладения). В деревне зажиточные крестьяне лишались части земель за неприемлемую для них денежную компенсацию. А сибирская беднота, переселенная Столыпиным на непригодные для хозяйствования земли и захватившая в революцию у зажиточных крестьян пригодные, тем более была недовольна. Беднякам предлагалось либо вернуть захваченное, либо дорого платить государству за земельное пользование.

Да и белая армия, освобождая территории от большевиков, нередко самовольно, не считаясь с законом, отбирала землю у крестьян и возвращала прежним хозяевам. Беднота, видя возвращение бар, бралась за оружие.

Белый террор в Сибири при Колчаке, путем которого у населения изымались продукты для фронта и проводились мобилизации, - был страшен. Пройдет всего несколько месяцев правления Колчака, и в штабах карты Сибири окрасятся очагами крестьянских восстаний.

На борьбу с крестьянами придется бросать огромные силы. И уже невозможно будет понять, в каких случаях невероятная жестокость карателей имела место с благословения Колчака, а в каких - вопреки его прямым инструкциям. Впрочем, разницы большой и не было: правитель, сам назвавшийся диктатором, отвечает за всё, что делает его власть.

Колосов вспоминал, как мятежные деревни топили в проруби:

"Сбросили туда крестьянку, заподозренную в большевизме, с ребенком на руках. Так с ребенком и сбросили под лед. Это называлось выводить измену "с корнем"..."

Приводить схожие свидетельства можно бесконечно. Восстания топили в крови, но те разгорались вновь и вновь с еще большей силой. Цифры восставших переваливали далеко за сотни тысяч. Крестьянские восстания станут приговором режиму, решившему покорить народ силой.

Что касается рабочих, то такого бесправия, как при Колчаке, они не испытывали ни при Николае II, ни при Керенском. Рабочих заставили трудиться за мизерную плату. 8-часовой день и больничные кассы были забыты. Местные власти, поддерживавшие фабрикантов, закрывали профсоюзы под предлогом борьбы с большевизмом. Министр труда Колчака в письмах правительству бил тревогу, но в правительстве бездействовали. Рабочие непромышленной Сибири были малочисленны и сопротивлялись слабее крестьян. Но и они были недовольны и включались в подпольную борьбу.

Что касается финансовой реформы Колчака, то, как точно выразился эсер Колосов, из его неудачных реформ надо отдать "пальму первенства финансовым мероприятиям Михайлова и фон Гойера, убившим сибирскую денежную единицу... (обесценилась в 25 раз - М.М.) и обогатившим... спекулянтов", связанных с самими реформаторами.

Министра финансов И. А. Михайлова критиковало и правое крыло в лице генерала Будберга: "Он ничего не понимает в финансах, он показал это на идиотской реформе изъятия из обращения керенок...", "Реформа... в таких размерах, перед которыми останавливались Вышнеградский, Витте и Коковцев, была проведена в несколько дней".

Продукты дорожали. Хозтовары - мыло, спички, керосин и др. - стали дефицитом. Обогащались спекулянты. Процветало воровство.

Пропускная способность Транссиба сама по себе не позволяла доставлять из далекого Владивостока достаточно грузов для снабжения Сибири и Урала. Тяжелую ситуацию на перегруженной железной дороге усугубляли диверсии партизан, а также постоянные "недопонимания" между белыми и чехами, охранявшими магистраль. Довершала хаос коррупция. Так, премьер-министр Колчака П. В. Вологодский вспоминал о министре путей сообщения Л. А. Устругове, дававшем взятки на станциях, чтобы его поезд пропустили вперед.

Из-за хаоса на путях сообщения фронт снабжался с перебоями. Патронные, пороховые, суконные заводы и склады Поволжья и Урала были отрезаны от белой армии.

А иностранцы завозили во Владивосток оружие разных производителей. Патроны от одних не всегда подходили к другим. Возникала путаница при поставках на фронт, местами трагически отражавшаяся на боеспособности.

Покупаемая Колчаком за русское золото одежда для фронта была часто низкого качества и порой расползалась через три недели носки. Но и эту одежду доставляли долго. Колчаковец Г. К. Гинс пишет: "Обмундирование... каталось по рельсам, так как непрерывное отступление не давало возможности развернуться".

Но даже и дошедшее до войск снабжение плохо распределялось. Инспектировавший войска генерал М. К. Дитерихс писал: "Бездействие власти... преступное бюрократическое отношение к своим обязанностям" . К примеру, из полученных интендантами Сибирской армии 45 тысяч комплектов одежды на фронт ушло 12 тысяч, остальные, как установила инспекция, пылились на складах.

До недоедающих на передовой солдат со складов не доходило продовольствие.

Воровство тыловиков, желание нажиться на войне наблюдалось повсеместно. Так, французский генерал Жаннен писал: "Нокс (английский генерал - М.М.) сообщает мне грустные факты о русских. 200.000 комплектов обмундирования, которыми он их снабдил, были проданы за бесценок и частью попали к красным".

В результате генерал армии союзников Нокс, по воспоминаниям Будберга, был прозван омскими газетчиками . Было сочинено и опубликовано издевательское "благодарственное письмо" Ноксу от имени Троцкого за хорошее снабжение.

Колчак не сумел добиться и грамотного ведения агитации. Сибирские газеты стали орудием информационных войн среди белых.

Внутри белого лагеря росли раздоры. Генералы, политики - все выясняли между собой отношения. Боролись за влияние на освобождаемых территориях, за снабжение, за должности. Подставляли друг друга, доносили, оговаривали. Министр МВД В. Н. Пепеляев писал: "Нас уверяли, что Западная армия... прекратила отход. Сегодня мы видим, что она... весьма подалась назад... Из желания кончить (генерала - М.М.) Гайду здесь искажают смысл происходящего. Этому должен быть поставлен предел".

Мемуары белых ясно свидетельствуют о том, что в Сибири грамотных полководцев не хватало. Имевшиеся же, в условиях плохого снабжения и слабого взаимодействия между войсками, к маю 1919 года начали терпеть последовательные поражения.

Показательна судьба Сводного Ударного Сибирского корпуса, совершенно не готового к бою, но брошенного белыми прикрывать стык между Западной и Сибирской армиями. 27 мая белые выдвинулись без связи, полевых кухонь, обоза и частично безоружными. Командиры рот и батальонов были назначены лишь в момент выдвижения корпуса к позициям. Комдивов вообще назначили 30 мая, в ходе разгрома. В результате за два дня боев корпус лишился половины своих бойцов, либо убитых, либо добровольно сдавшихся в плен.

К осени белые потеряли Урал. Омск был сдан ими практически без боя. Колчак назначил своей новой столицей Иркутск.

Сдача Омска усугубила политический кризис внутри правительства Колчака. Левые требовали от адмирала демократизации, сближения с эсерами и примирения с Антантой. Правые же радели за ужесточение режима и сближение с Японией, неприемлемое для Антанты.

Колчак склонялся в сторону правых. Советский историк Г. З. Иоффе, цитируя телеграммы адмирала своему премьеру в ноябре 1919 года, доказывает сдвиг Колчака от Лондона к Токио. Колчак пишет, что "вместо сближения с чехами я бы поставил вопрос о сближении с Японией, которая одна в состоянии помочь нам реальной силой по охране железной дороги".

Эсер Колосов злорадно писал по этому поводу: "История международной политики Колчака - история постепенно углублявшегося разрыва с чехами и нараставшей связи с японцами. Но он шел по этому пути... неуверенными шагами типичного истерика, и, будучи уже на краю гибели, принял решительный... курс на Японию, оказалось, что уже поздно. Этот шаг погубил его и привел к аресту фактически теми же чехами".

Белая армия шла из Омска пешим маршем и была еще далеко. Красная Армия наступала быстро, и зарубежные союзники опасались серьезного столкновения с большевиками. А потому англичане, и так разочарованные в Колчаке, решили не подавлять восстания. Японцы также колчаковцам не помогли.

Посланный же Колчаком в Иркутск атаман Семенов, с которым срочно пришлось мириться, в одиночку подавить восстание не сумел.

В конце концов чехи сдали Колчака и находившийся при нем золотой запас России иркутским властям в обмен на беспрепятственный проезд до Владивостока.

Часть членов колчаковского правительства бежала к японцам. Характерно, что многие из них - Гинс, финансовый "гений" Михайлов и др. - вскоре пополнят ряды фашистов.

В Иркутске на допросах, устроенных правительством, Колчак дал развернутые показания, стенограммы которых опубликованы.

А 7 февраля 1920 года к Иркутску близко подошли белые, отступавшие от красноармейцев. Возникла угроза захвата города и освобождения адмирала. Колчака было решено расстрелять.

Все перестроечные и постперестроечные попытки реабилитировать Колчака оказались безуспешными. Он был признан военным преступником, не противостоявшим террору собственной власти по отношению к мирным жителям.

Очевидно, что, победи Колчак, белые группировки, даже в критические моменты на фронтах выяснявшие между собой отношения и радовавшиеся поражению друг друга, не смогли бы создать сильной единой власти. За их политическую недееспособность Россия расплатилась бы с западными державами большими территориями.

К счастью, большевики оказались сильнее Колчака на фронте, талантливее и гибче его в государственном строительстве. Именно большевики отстояли интересы России на Дальнем Востоке, где при Колчаке уже хозяйничали японцы. "Союзников" выпроводили из Владивостока в октябре 1922 года. А два месяца спустя был создан Советский Союз.

по материалам М.Максимов

P.S. Вот такой вот,был этот "полярный исследователь" и "океанограф", в первую очередь он был палачом русского народа у которого, руки по локоть в крови,и военным работавшим на английскую корону, вот кем он не был, да к патриотом своей страны, это точно, но нам в последнее время пытаются представить все наоборот.

Ещё статьи журнала