Музей бродского часы работы. Полторы комнаты бродского превращаются в полторы квартиры

Содержание статьи

Главное по теме

Сделан решительный шаг на пути создания музея Иосифа Бродского: выкуплена квартира, соседняя с мемориальной, что дает возможность открыть музей

Дом Мурузи на Литейном проспекте, где жил Иосиф Бродский. Фото: Наталья Шкуренок

История создания музея Бродского в Петербурге растянулась уже почти на два десятилетия. О его скором открытии было громко в 2015 году, накануне 75-летия поэта. Но до сих пор квартира и «полторы комнаты» семьи Бродского стоят закрытыми от посетителей, без музейной концепции и перспектив реальной жизни. Выкуп соседней квартиры, похоже, позволит превратить мечту в реальность.

По-соседски

«Это место для офиса, гардероба, технических служб, — Максим Левченко, новый владелец квартиры в доме 24 по Литейному проспекту, в знаменитом доме Мурузи, показывает свое приобретение гостям. — Остальное пространство должно быть легко конвертируемым: сегодня здесь устроили выставку, завтра — лекцию, инсталляцию, театральный спектакль. Мы хотим создать правильную среду, куда будут приходить те, кому наша деятельность реально интересна».

Фасады дома Мурузи, где поэт прожил почти 20 лет до эмиграции в 1972 году, идут по Литейному проспекту, поворачивают на улицу Пестеля в сторону Преображенского собора и делают еще один поворот — на улицу Короленко. Окна квартиры на втором этаже, где находятся «полторы комнаты» Бродского, выходят на улицу Пестеля и на угол Пестеля и Короленко. Квартира, купленная Максимом Левченко, управляющим партнером девелоперской компании FortGroup, примыкает к ней со стороны улицы Короленко. Прежние владельцы квартиры Максим и Карина Малышевы сохранили историческую планировку пространства, в том числе анфиладу комнат, идущую вдоль фасада.

Покупка обошлась Левченко почти в 36 млн руб., всего он готов вложить в проект не меньше $1 млн. Супруги Малышевы, организаторы общественных проектов «Архпароход» и «Плутон», вошли в состав попечительского совета будущего музея Бродского.

Ловушка для поэта

Квартира Иосифа Бродского — на втором этаже. Фото: Наталья Шкуренок

Еще в 1999 году Фонд музея Бродского, председателем совета учредителей которого является Михаил Мильчик, известный петербургский историк архитектуры и друг поэта, начал при поддержке спонсоров выкупать комнаты в бывшей коммуналке. К 2012 году фонд выкупил четыре из пяти комнат, владелица самой большой, бывшая соседка семьи Бродских Нина Васильевна Федорова, наотрез отказалась продавать свою. В 2014 году Василий Кичеджи, тогдашний вице-губернатор Петербурга, публично объявил, что собраны деньги для отделения комнаты госпожи Федоровой от остальной квартиры и что к юбилею поэта его музей будет открыт.

Но все планы пошли прахом. И не только из-за упорства Нины Федоровой. Квартира Бродского оказалась настоящей ловушкой. По закону, чтобы сделать в ней музей, ее нужно перевести в нежилой фонд, а для этого все помещения под ней тоже должны быть нежилыми. Но на первом этаже расположена жилая квартира, владелец которой отказался обсуждать ее продажу. Кроме того, будущий музей, по требованию Минкультуры РФ, обязан иметь два входа-выхода, один из которых должен быть отдельным — им не могут пользоваться остальные жильцы дома. В квартире, где жил Бродский, есть два входа-выхода: один на черную лестницу, но на нее выходят двери других квартир, второй парадный, но его двери выходят на общую лестницу дома. Круг замкнулся.

Все эти годы квартира и ее «полторы комнаты» стоят пустыми, отдельных посетителей сюда пускают по особой договоренности с руководством Фонда музея Бродского. Перспектив у музея поэта не было никаких, пока Максим Левченко не купил соседнюю квартиру. Она имеет общую стену с мемориальной квартирой, в ней есть два отдельных входа-выхода, на первом этаже под ней находится кальянная, то есть нежилое помещение.

Чтобы объединить обе квартиры, достаточно пробить стену между ними. Это позволит сделать в новой квартире гардероб, помещение для охраны и другие технические службы, необходимые музею. Хотя для объединения необходимо решить немало юридических проблем, в том числе с охранными ведомствами: дом — памятник архитектуры, получить разрешение на перепланировку будет непросто. Но, похоже, это Максима Левченко не пугает.

Стены, которые объединяют

Максим Левченко планирует в ближайшее время организовать в купленной квартире общественное культурное пространство, где будут проходить лекции, встречи, выставки, научные конференции, концерты. Но он не скрывает и своего желания объединить в будущем обе квартиры — мемориальную и только что приобретенную. Он уже не раз публично заявил, что в его планах — совместные выставки с Музеем Ахматовой, в фондах которого хранится большое число подлинных вещей, принадлежавших Иосифу Бродскому, переданных сюда его вдовой и Фондом Бродского. Хранятся в Музее Ахматовой и многие вещи Бродского, принадлежавшие раньше петербургским друзьям поэта.

«Частная инициатива — единственная реальная возможность сделать музей Бродского, — уверена Нина Попова, директор Музея Ахматовой. — И мы готовы сотрудничать, тем более что с прошлого года Минкульт разрешил передавать на временное экспонирование предметы из государственного музейного фонда в частные музеи. Конечно, если это будут наши совместные выставочные проекты, которые мы вместе обсудим и которые совпадут с нашим представлением о замысле и воплощении».

Михаил Мильчик, председатель совета учредителей Фонда создания музея Иосифа Бродского, владеющего комнатами в мемориальной квартире поэта, рассказал корреспонденту TANR, что, по его мнению, создать музейное пространство в новой квартире можно и нужно и что он уже обсуждал с Левченко различные планы.

«Пока музей в мемориальной квартире создать нельзя, — считает Мильчик. — Это вопрос не ближайшего времени, хотя я смотрю на всю эту затею самым положительным образом. Мне нравится идея музея, построенного на контрасте, одна часть — мемориальная, атмосферная, с духом времени, вторая — с современными приемами экспонирования, ориентированная на молодежь. Мы 1 августа собираемся со всеми участниками этого проекта, чтобы рассмотреть варианты концепции».

Максим Левченко: «Есть желание сломать стену!»

Нина Попова, директор Музея Ахматовой, и Максим Левченко. Фото: Наталья Шкуренок

Вы не скрываете своих планов объединить две квартиры. Но в мемориальной живет бывшая соседка Бродского, вы с ней этот вопрос обсуждали?

Нина Васильевна сама мне сказала: купи соседнюю квартиру, чего вы все ко мне пристаете!

В музейном сообществе Петербурга уже говорят, что вся эта история — лишь сделка с недвижимостью!

Да, это реальная сделка с недвижимостью, но не только. Мы планируем сделать здесь публичное культурное пространство, которое в перспективе перерастет в частный музей Бродского. Хотя это дело не ближайшего времени: нужно обсудить проекты, концепции, нужно создать новое юридическое лицо, — проблем много, но наша команда готова их решать. Мы хотим привлечь к реализации задачи и фундаментальную науку, найти партнера, типа университета, где преподавал Бродский. Я никуда не тороплюсь.

Но как только вы пробиваете дверь в соседнюю квартиру, вы получаете огромное количество проблем — например, грибок, из-за чего ни один музейный фонд не предоставит вам экспонаты…

Мы уже обсуждаем эту проблему, у нее есть решение. Нам важно, чтобы отсюда, из этой частной квартиры, будущего частного музея, был обеспечен доступ в «полторы комнаты», мы понимаем, что именно они представляют главный интерес. Уже есть план, как это сделать.

Зачем вам, успешному девелоперу, нужен этот музей?

Во-первых, мне нравится Бродский, во-вторых, мне небезразлично, что происходит в городе, — это нонсенс, что почти 20 лет не могут создать музей нобелевского лауреата. И это интересно как задача — она сложная, многоходовая, но решаемая. Поверьте, в том, что я делаю, нет никакого скрытого контекста. У нас есть специальная группа, с которой мы изучаем город, музеи — это важная часть моей жизни.

Затянувшаяся история создания Музея Иосифа Бродского получила изящную развязку: инвестор приобрел под него соседнюю с мемориальной квартиру в доме Мурузи. И это позволит, наконец, открыть полноценный постоянно действующий музей

Инвестором при покупке квартиры, расположенной через стену от «полутора комнат» Иосифа Бродского, выступил управляющий партнер Fortgroup Максим Левченко. Он же является председателем попечительского совета Фонда создания музея Бродского. Покупка квартиры позволит в любом случае открыть в здании постоянно действующий музей нобелевского лауреата. А в перспективе - решить проблемы, связанные с нежеланием соседки поэта Нины Федоровой переезжать: помещения можно будет, минуя ее, соединить, и музей получит парадный вход, гардероб, лекционно-выставочное пространство и многое другое.

Мавританская лепнина, печи и камин

«Новая» четырехкомнатная квартира располагается на втором этаже дома, выходит окнами на улицу Короленко и выглядит как анфилада залов площадью порядка 200 квадратных метров. Как сообщил «Фонтанке» Максим Левченко, цена была «рыночной» - 35 миллионов рублей. Помимо того, что помещения сохранили историческую планировку и отделку, эта квартира удобна отсутствием жилых помещений под ней - что дает все возможности перевести ее в нежилой фонд. Состояние недвижимости оценивается как «очень хорошее».

«Есть единое мнение, что это лучший вариант, чтобы расширять пространство, потому что существующих площадей в мемориальной квартире явно не хватает, – рассказал бизнесмен. – Здесь же получится организовать и вход, и кафе-библиотеку, где можно почитать книги, провести время, посмотреть выставки. Но это будет решать совет, должно пройти общественное обсуждение. Я думаю, что больше всего времени займет проектирование, дизайн, концепция наполнения музея. Мне кажется, что это минимум месяцев девять. И потом потребуется время на реализацию».

Музей будет частным. Его созданием займется команда проекта http://brodsky.online в сотрудничестве с Фондом создания музея Иосифа Бродского и Музеем Анны Ахматовой. Бывшие владельцы квартиры, Максим и Карина Малышевы, войдут в попечительский совет фонда и тоже примут участие в создании музея.

«Мы начали общаться по поводу планов, связанных с музеем, более полугода назад, и нам эта идея показалась правильной и интересной, после чего мы с Максимом Левченко и его представителем предметно обсуждали и сам проект, и наше возможное участие в будущем, – рассказал Максим Малышев. – У них , мне понравился их подход, и сам формат проекта - не замораживание неких форм в классическом исполнении, а живое динамичное пространство».

Максим рассказал, что бизнес-проекты, которые реализует его семья, «близки по формату» Музею Бродского, и могут быть полезны.

«Мы договорились, что наша площадка в Москве (площадка делового общения для представителей ведущих архитектурных бюро, студентов архитектурных вузов, девелоперов Pluton Project расположена в известном московском культурном пространстве ArtPlay. - Прим. ред.) будет некой платформой, базой для продвижения музея, дискуссий», – привел он пример.

Карина Малышева рассказала, что, живя в этой квартире, она чувствовала обязанность не испортить сохранившееся уникальное пространство - хотя жить с тремя детьми при анфиладной планировке им было не вполне комфортно.

«В комнате, которая примыкает к квартире Бродского, осталась мавританская лепнина, белые классические печи в каждой комнате, сохранился камин, – рассказала она. – Говорят, что печи - действующие. Если честно - я не топила никогда, а соседи сверху топят».

Как молодежь выбирает Бродского

Председатель правления Фонда искусствовед и друг Бродского Михаил Мильчик, уже два десятилетия ведущий борьбу за создание музея, не стал скрывать чувств по поводу произошедшего.

«Безусловно, мы рады этому решению, потому что имеем возможность организовать полноценный официальный музей, – поделился он своими чувствами с «Фонтанкой». – К сожалению, он пока будет располагаться в новых комнатах, а мемориальная квартира останется в том же качестве, в котором она находится теперь. Мы не можем ее полноценно использовать как музей из-за того, что у нас есть соседка. Но мы тесно будем связаны, естественно, посетители официального музея будут посещать мемориальную квартиру. Может быть, в перспективе, после того, как мы откроем музей, мы сделаем ремонт в той, мемориальной части, - но это не в близком будущем. А здесь, сейчас, начнется работа над концепцией, потому что мы думаем сделать этот музей вполне современным. Если в той квартире, мемориальной, посетители будут попадать в атмосферу 1960-1970-х годов, то здесь они будут находиться в XXI веке и через новые методы постигать историю жизни и творчества нашего героя».

Аудиторией музея Мильчик видит в первую очередь молодежь.

«Что меня до сих пор удивляет, но удивляет приятно, – что к Бродскому, поэту, прямо скажем, непростому, такой удивительный интерес среди многих молодых людей, – признался он. – Причем не только тех, которые интересуются литературой. И я думаю, что этот музей, который будет организован в уже купленной квартире, будет привлекать внимание. Тем более что мы будем стараться использовать там новые способы подачи материала, интерактивные в частности».

Михаил Мильчик рассказал, что в новой квартире будет удобно организовать «круговую» экспозицию: в одном конце квартиры есть вход, а в другом - выход, которые ведут на одну и ту же лестничную площадку. Причем посетители не будут никому мешать: жилые квартиры располагаются выше, ходить мимо дверей посетители не должны.

Историк и соредактор журнала «Звезда» Яков Гордин, также друживший с Бродским и входящий в правление Фонда создания музея, предположил, что до революции эти две квартиры и вовсе были единым пространством, разделенным в советские годы. Покупку он назвал «очень важной» и надеется, что она станет реальным импульсом для работы музея. Частная форма собственности его не пугает - напротив, он видит в ней определенную свободу действий, да и сам Бродский, по его мнению, «вполне одобрил бы» такую форму.

Экспонаты, мебель и арт-объекты

Некоторая сложность может возникнуть с подлинными экспонатами, которые предполагается выставлять в мемориальной квартире: на юбилей поэта в 2015 году занимался Музей Анны Ахматовой, и именно ему принадлежат вещи из комнаты Бродского.

«Я встречаюсь с теми людьми, которые представляют фонд и делают виртуальный музей Brodsky online, – рассказала «Фонтанке» директор Музея Анны Ахматовой Нина Попова. – Это люди из нашего круга общения, и мы многое обсуждаем. Участие экспонатами - это проблема. Потому что один музей - государственный, другой - частный. В прошлом году Министерство культуры приняло решение о возможности делиться экспонатами, но мы к этому сюжету еще не подходили. До прошлого года их нельзя было ни выставлять, ни отдавать. Придут, предложат – обсудим, подумаем. И решаем не только мы, но и министерство».

Впрочем, в положительном решении Музея Ахматовой не сомневается Яков Гордин, благодаря которому музей обрел ряд экспонатов.

«Дело в том, что хранившиеся у меня вещи Бродского, – а это и мебель, и библиотека, – я в свое время передавал Музею Ахматовой именно с прицелом, чтобы после образования музея Бродского они перешли туда, – рассказал он «Фонтанке». – Это совершенно нормально, и Нина Ивановна Попова это прекрасно понимает, и заинтересована в том, чтобы существовал дружественный музей. Так что, я думаю, все будет нормально. А уж чтобы грамотно оформить это юридически - нужны грамотные переговоры».

Разногласие между музейщиками может возникнуть на почве использования в экспозиции (опять-таки в ее мемориальной части) «типологической» мебели, то есть такой же, но не «той самой».

«Типологическую мебель для Бродского в комиссионках покупать нельзя, это неправильно, – уверена Попова. – Там должен быть другой образный ряд. Надо дать представления о проблемах, связанных с историей, временем, культурными обстоятельствами, личностным устройством самого Бродского, продлить историю от начала его жизни до финала его жизни. Есть целый ряд способов создания арт-объектов, которые дают возможность ассоциативно представить, о чем идет речь».

Впрочем, Михаил Мильчик уверен в обратном: так как он лично и детально сфотографировал обстановку комнаты Бродского в день его отъезда, а после смерти отца поэта - и комнату родителей, не стоит упускать возможность показать обстановку. Тем более что сохранена часть подлинной мебели, а другая часть (два шкафа и мебель из родительской комнаты) не была уникальной, и может быть заменена точными аналогами того же времени, к чему многие музеи прибегают.

«Ключ к будущему музею»

Потенциальным куратором экспозиции в новом пространстве называют историка Павла Котляра. В интервью «Фонтанке» он весьма осторожно высказался о своем видении музея, хоть и назвал произошедшее «прорывом», без которого стояние в тупике «могло быть вечным».

«Можно сколько угодно приобрести квадратных метров, которые будут соответствовать пожарным нормам и другим, но если не придумать чего-то по-настоящему и востребованного и значимого, это может быть бессмысленно, – рассудил он. – Я не хочу сказать, будто гарантирую, что я придумаю хорошо, а кто-то другой плохо. Просто у нас очень часто формальная история подменяет собой творческую и креативную».

Идеологию нового пространства на первых порах он видит как постоянно сменяющие друг друга проекты, кураторские высказывания, выставки, лекции, с последующим посещением группами мемориальной квартиры (для этого пока посетителям нужно будет одеваться и идти через другой вход).

«Но тут важно, что приобретенная квартира - это ключ, фактически, гарантия создания полноценного Музея Бродского, в котором будут современные помещения, входные зоны, гардеробы, что было бы невозможно сделать просто в мемориальной квартире, – признал он. – Это главная проблема музеев-квартир: не то что сотрудников не посадишь – ты вешалку для одежды не поставишь никуда. А на новой площади можно будет сделать современную входную зону и книжно-поэтическое кафе, пространство для лекций, временных выставок и прочее, а в мемориальной части в перспективе - постоянную экспозицию, связанную с Бродским».

Справка: Фонд создания музея Иосифа Бродского был основан в 1999 году Михаилом Мильчиком и Яковом Гординым, своей целью он неизменно ставил превращение коммунальной квартиры в доме Мурузи (на Литейном, 24) в . В этом здании Иосиф Бродский жил с 1955 до 1972 года и оттуда уехал 4 июня, чтобы вылететь в Вену. Процесс выкупа комнат в мемориальной квартире растянулся на два десятилетия и так и не был завершен: одна из соседок, Нина Федорова, жившая там еще при Бродском, наотрез отказалась переезжать в предложенные ей альтернативные варианты.

Алина Циопа, «Фонтанка.ру»

Создатель сообщества «Старый фонд» и автор популярного инстаграм-блога @maax_sf о старых петербургских квартирах, показал снимки из квартиры в доходном доме Мурузи на Литейном проспекте, 24, где долгие годы жил со своими родителями поэт Иосиф Бродский . Сейчас, по словам Косьмина, здесь до сих пор живет бывшая соседка Бродского.

Косьмин сравнил снимки с архивными фотографиями и описаниями самого Бродского из эссе «Полторы комнаты» и подробно рассказал о своих наблюдениях.

Так сейчас выглядит коммунальная квартира в доме Мурузи в Санкт-Петербурге . Иосиф Бродский жил здесь с родителями с 1955 по 1972 год. Это пространство описано поэтом в, пожалуй, самом цитируемом его англоязычном эссе «Полторы комнаты», опубликованном в Нью-Йорке в 1986 году.

Стандартная коммунальная кухня, на первый взгляд. Но мозг слегка напрягается: ПВХ плитка, печь и нестандартная геометрия кухни будто искажают пространство. А ещё здесь слишком пусто для жилой коммуналки, но это легко объяснить. Дело в том, что в квартире последние годы живёт только одна бабушка. Она - бывшая соседка Бродского, который жил здесь с 1955 до 1972 года (до своего отъезда из СССР). Да, это дом Мурузи, и здесь находятся те самые «полторы комнаты». Вот уже несколько лет идут попытки официально открыть музей поэта, но всё упирается в соседку, которая живёт в квартире всю жизнь и уезжать наотрез отказывается. И её можно понять. В следующих постах расскажу о квартире подробнее.

Фев 28, 2018 в 3:27 PST Бродский подробно описал коммунальную квартиру, где он жил с родителями, в эссе «Полторы комнаты» (1985). На фотографиях - родительская часть и две арки в «половину» поэта (одна из них сейчас заложена). Архивная фотография сделана в 1984 году, очевидно, сразу после смерти отца Бродского (мать умерла годом раньше). Иосиф к этому времени не жил здесь уже 12 лет, но можно предположить, что обстановка поменялась несильно. «Моя половина соединялась с их комнатой двумя большими, почти достигавшими потолка арками, которые я постоянно пытался заполнить разнообразными сочетаниями книжных полок и чемоданов, чтобы отделить себя от родителей, обрести некую степень уединения. Можно говорить лишь о некой степени, ибо высота и ширина тех двух арок плюс сарацинские очертания их верхних краев исключали любые помыслы о полном успехе. За вычетом, конечно, возможности заложить их кирпичной кладкой или зашить досками, что было противозаконно, так как свелось бы ко владению двумя комнатами вместо полутора, на которые мы по ордеру имели право» «Следовало изобрести полумеру, и как раз на этом я сосредоточился начиная с пятнадцати лет. Испробовал всевозможные умопомрачительные приспособления и одно время даже помышлял о сооружении четырехметровой высоты аквариума с дверью посередине, которая соединяла бы мою половину с их комнатой. Надо ли объяснять, что такой архитектурный подвиг был мне не по зубам. Итак, решением оказалось приумножение книжных полок с моей стороны, прибавление и уплотнение складок драпировки - с родительской. Нечего и говорить, что им не нравились ни решение, ни подоплека самого вопроса. »

Публикация от Maxim (@maax_sf)

Мар 1, 2018 в 4:27 PST Место, где стоял туалетный столик и родительская кровать, которой Бродский в своём эссе посвятил несколько абзацев: «Самым крупным предметом нашей обстановки, или, правильнее сказать, предметом, занимавшим больше всего места, была родительская кровать, которой, полагаю, я обязан моей жизнью. Она представляла собой громоздкое двуспальное сооружение, чья резьба опять-таки соответствовала в какой-то мере всему остальному, будучи, впрочем, выполнена в более поздней манере. Тот же растительный лейтмотив, разумеется, но исполнение колебалось где-то между модерном и коммерческой версией конструктивизма. Эта кровать была предметом особой гордости матери, ибо она купила ее очень дешево в 1935 году, до того, как они с отцом поженились, присмотрев ее и подобранный к ней в пару туалетный столик с трельяжем во второразрядной мебельной лавке. Большая часть нашей жизни тяготела к этой приземистой кровати, а важнейшие решения в нашем семействе бывали приняты, когда втроем мы собирались не вокруг стола, но на ее обширной поверхности, со мной в изножье. По русским меркам эта кровать была настоящей роскошью. Я часто думал, что именно она склонила отца к женитьбе, ибо он любил понежиться в этой кровати больше всего на свете. Даже когда их обоих настигал приступ горчайшего обоюдного ожесточения, большей частью спровоцированного нашим бюджетом (»У тебя просто мания спускать все деньги в гастрономе! - несется его негодующий голос над стеллажами, отгородившими мою «половину» от их «комнаты». «Я отравлена, отравлена тридцатью годами твоей скаредности!» - отвечает мать), - даже тогда он с неохотой выбирался из кровати, особенно по утрам. Несколько человек предлагали нам очень приличные деньги за эту кровать, которая и впрямь занимала слишком много места в нашем жилище. Но сколь бы неплатежеспособны мы ни оказывались, родители никогда не обсуждали такую возможность. Кровать была очевидным излишеством, и я думаю, что именно этим она им и нравилась.» Продолжение

Исаак Израилевич Бродский (1883-1939) вполне может считаться Давидом Русской революции.

Талантливый художник, любимый ученик И.Е. Репина, Бродский, приобрел славу, почет и богатство, рисуя эпические полотна «к политическому моменту», а так же создавая портреты политиков на пике их карьеры. В 1917 году он написал портрет Керенского, а в дальнейшем из под кисти Бродского вышли многочисленные портреты вождей большевиков и картины на историко - революционные темы.

За свои непосильные труды Бродский получил в 1924 году квартиру в доме Голенищева-Кутузова на площади Искусств, где он прожил 15 лет до свой смерти в 1939 году. Следует отметить, что уже в XIX веке в этом здании был литературно-музыкальный салон графов Виельгорских, который посещали А.С. Пушкин, М. Лермонтов, М.И. Глинка и др. Традиция музыкальных вечеров была продолжена и в 20-30-х годах. Завистники в лице Корнея Чуковского так описывали быт мастера:

«… я взялся писать о Репине и для этого посетил Бродского Исаака Израилевича. Хотел получить от него его воспоминания. Ах, как пышно он живёт — и как нудно! Уже в прихожей висят у него портреты и портретики Ленина, сфабрикованные им по разным ценам, а в столовой — которая и служит ему мастерской — некуда деваться от «расстрела коммунистов в Баку». ..И самое ужасное, что таких картин у него несколько дюжин. Тут же на мольбертах холсты, и какие-то мазилки быстро и ловко делают копии с этой картины, а Бродский чуть-чуть поправляет эти копии и ставит на них свою фамилию. Ему заказано 60 одинаковых „расстрелов“ в клубы, сельсоветы и т. д., и он пишет эти картины чужими руками, ставит на них своё имя и живёт припеваючи. Все „расстрелы“ в чёрных рамках. При мне один из копировальщиков получил у него 20 червонцев за пять „расстрелов“. Просил 25 червонцев.

Сам Бродский очень мил. …чтобы покупать картины (у него отличная коллекция Врубеля, Малявина, Юрия Репина и пр.), чтобы жить безбедно и пышно, приходится делать „расстрелы“ и фабриковать Ленина, Ленина, Ленина. Здесь опять таки мещанин, защищая своё право на мещанскую жизнь, прикрывается чуждой ему психологией. …

Примирило меня с ним то, что у него так много репинских реликвий. Бюсты Репина, портреты Репина и проч. ….»

В дальнейшем, именно купленные Бродским шедевры И.Е. Репина, В.И. Сурикова, Б.М. Кустодиева, Ф.А. Малявина, А.Я. Головина, А.Н. Бенуа, Б.Д. Григорьева составили основу экспозиции музея-квартиры художника, которая открылась в 1949 году. Кроме картин, гости экспозиции могут увидеть личные вещи И.И. Бродского, а так же книги и фотографии с автографами многих известных людей 20-х-30-х годов.

Продолжая историческую традицию, администрация музея И.И. Бродского проводит регулярные концерты классической музыки в исполнение известных и молодых музыкантов. Так же, часть экспозиции отведена под постоянные и временные выставки художественных работ петербургских и иногородних художников.

Место: «Полторы комнаты». Музей Иосифа Бродского

Адрес: Литейный проспект, дом 24, квартира 28

Идея создания музея-квартиры Иосифа Александровича Бродского возникла после того, как поэт получил Нобелевскую премию. Но проект не удавалось осуществить до конца XX века, так как квартира со времен смерти Николая Гумилева оставалась коммунальной, в которой проживали другие люди, а средств на предоставление им другого жилья не было.

Проект реконструкции. Временная экспозиция. 2015 год.

Конструктивный раздел: ООО «Научно-проектный реставрационный центр»

Калинин В. (Главный инженер), Горячев В. (Ведущий инженер-конструктор).

В экспозиции использованы фотографии из фондов Музея Анны Ахматовой в Фонтанном Доме, авторы: Бродский А., Вольперт М., Мильчик М., Турессон Б., Стефанович А., Лемхин М., Боерсм П., Чаплински Ч.

В экспозиции представлены скульптуры: Ястребенецкого Г., Виллинк С., Свердлова В., Никогосяна Т.

Заказчик проекта реконструкции: Фонд создания литературного музея Иосифа Бродского. Председатель правления фонда: Мильчик М.

Заказчик временной экспозиции: Музей Анны Ахматовой в Фонтанном доме. Директор музея: Попова Н.

Куратор экспозиции: Морозова О.

Граффити: Кутилина А., Салтан Н., Амелькович А., Борис А., Селезнев П., Сейфетдинова О., Майорова К., Букина К.

Художественный металл: «Мастерская Горынина»

Светофильтр: Синица Г., «Студия Синица».

Виртуальные панорамы, видео и звукоряд: Студия «Март», Ирина Кондратьева.

Архитектурная мастерская «Витрувий и Сыновья» была образована студентами архитектурного факультета Российской Академии Художеств им. И.Е. Репина в Санкт-Петербурге в 1994 году.

В данной работе наша мастерская выступила в двух качествах - как архитекторы реконструкции и как художники временной экспозиции.

Реконструкция заключалась в разделе одной коммунальной квартиры на две отдельные (в настоящее время выполнен макет раздела в натуральную величину).

А также в замене и укреплении перекрытий на, более, чем 1/3 общей площади квартиры и замене инженерных коммуникаций. При этом необходимо было обеспечить сохранность исторических перегородок, которые опирались на заменяемые перекрытия, и их поверхностей. Главной нашей задачей было сделать так, чтобы работа архитектора и весь комплекс проведенных мероприятий были максимально незаметными.

Основной идеей временной экспозиции был рассказ о ключевых событиях в биографии И. Бродского, рассказанный в сохранившихся пространствах аутентичных интерьеров коммунальной квартиры. Построение экспозиции разбито на четыре основных смысловых блока:

Историческое время, в которое жил Иосиф Бродский;

Социальная обстановка брежневского времени, времени «суда над поэтом»;

Семейные обстоятельства и семья Иосифа Бродского;

Личность поэта, цельность его жизни, вершиной которой становиться получение Нобелевской премии.

Учитывая наличие грибкового поражения поверхностей полов и стен, концепция не предполагала использование в экспозиции мемориальных вещей из музейных фондов. Поэтому построение временной экспозиции опиралось на вещи и предметы, найденные в самой квартире (своего рода ready-made).

Привнесены были только скульптурные бюсты и копии фотографий из фондов Музея Анны Ахматовой в Фонтанном доме. Также, в качестве инструментов, при создании экспозиции были использованы звуковые, пространственные и видео инсталляции, увеличенные копии фотографий.

Войдя в квартиру с черного хода, и пройдя сквозь небольшой тамбур, посетители сразу попадают в пространство коммунальной кухни. Сохранились дровяная печь, три газовые плиты, кухонная мебель, стол с ножками, ободранными котом и кошкой Бродских (по воспоминаниям соседки Нины Васильевны Федоровой). Здесь, на коммунальной кухне, воссоздана атмосфера суда. Звучит фонограмма судебного заседания. По периметру комнаты на мебели, на печи, на газовых плитах, на полу расставлены бюсты советских людей - современников этого события (автор скульптурных бюстов народный художник России Г. Д. Ястребенецкий). Своими лицами бюсты обращены в центр комнаты, где находится, покрытый старой клеенкой стол с отметинами горячих кастрюль и ножками, ободранными котами Бродских.

Из кухни посетители попадают в длинный коридор, освещенный тусклой лампочкой.

На бельевых веревках «сушатся» фотографии, отображающие жизнь Ленинграда1960-1970-х годов.

В нише - велосипед. На полочке, в углу - общий телефон.

Коридор приводит к «полутора комнатам», где жила семья Бродских. Сначала мы попадаем в «комнату родителей». Здесь экспозиция строится на увеличенных изображениях интерьеров комнаты, сфотографированной в день вынужденной эмиграции Иосифа Бродского 4 июня 1972 года, нанесенных на полосы полупрозрачной ткани, спускающиеся с потолка на небольшом расстоянии от стены.

Каждый год в день рождения поэта в этой комнате собирались его близкие и друзья. Александр Иванович, отец поэта, профессиональный фотограф, в день рождения сына делал его снимок на балконе, выходящем на улицу Пестеля.

Одна из этих «юбилейных» фотографий размещена около балконной двери. В центре комнаты «спинами» друг к другу установлены два фортепиано.

На которых, во время работы экспозиции, играли друг с другом джазовые импровизации мужчина и женщина.

На крышках фортепиано - фотографии из семейного альбома.

Полкомнаты, где жил Иосиф и где размещалась фотолаборатория отца, разделены пополам огромным красным светофильтром.

Место в нише, где размещались библиотека и рабочее место поэта обозначено старой пишущей машинкой, размещенной на высоком подиуме.

На стены комнаты нанесены граффити, составленные из стихов Иосифа Бродского ленинградского периода.

Здесь находится ванна, залитая красным «фотолабораторным» светом.

Ванна наполнена водой в ней плавают фотографии, сделанные Александром Ивановичем в разные годы.

Покинув «полторы комнаты» посетители попадают обратно в коммунальный коридор.

А затем - в небольшую почти пустую темную комнату-чиллаут с видеоинсалляцией, посвященной путешествиям поэта, прежде всего - в Венецию.

В освещенном углу - скульптурное изображение Иосифа Бродского работы Т. Никогосяна.

Последнее экспозиционное пространство - просторная угловая комната с эркером и окнами, выходящими на Преображенскую площадь и Спасо-Преображенский собор.

Это «зал Славы», здесь рассказывается о Бродском - Нобелевском лауреате.

В центре комнаты разместился прижизненный бюст Иосифа Бродского, выполненный Сильвией Виллинк и подаренный Музею Анны Ахматовой.

В эркере еще одна скульптурная голова поэта (скульптор Владимир Свердлов).

Вдоль стен на полу расставлены копии фотографий церемонии вручения Нобелевской премии в Стокгольме.

На стене портреты значимых фигур, оказавших, по словам самого поэта, огромное влияние на его судьбу и творчество - Ахматовой, Цветаевой, Мандельштамма, Одена, Фроста.

Их фотокарточки постоянно присутствовали на рабочем столе и книжных полках в комнате Бродского. Звучит фонограмма нобелевской лекции Иосифа Бродского.

Архитектор Сергей Падалко (студия «Витрувий и сыновья») рассказал об архитектурном решении Мемориального музея-квартиры Иосифа Бродского в Петербурге, открывшего свои двери пока что всего на один день - в мае этого года.

Дом Мурузи на Литейном проспекте, построенный в мавританском стиле еще в 1874-1877 годы, занимает «одно из самых почетных мест на современной литературной карте Петербурга».

Здесь 23 года прожила счастливая чета Мережковского-Гиппиус, здесь располагался знаменитый гумилевский «Дом поэтов».

Ранее в доме проживали Николай Лесков и брат поэта Иннокентия Анненского. Иосиф Бродский жил здесь до самого отъезда из страны.

Петербург чрезмерно славен историчностью домов, но поразительно, что память о столь почтенных жильцах Дома Мурузи отпечатана лишь в табличках на доме.

И вот к 2015 году, спустя много лет после смерти Иосифа Бродского, в России наконец появится музей поэта, изгнанного родиной, лишенного возможности даже похоронить родителей.

Предварительный проект развития музея комитет по культуре подготовил был уже 5 лет назад. Концепцию будущего музея Бродского разрабатывал коллектив Музея Анны Ахматовой в «Фонтанном доме».

С помощью спонсоров в коммунальной квартире, где жил Иосиф Бродский, было выкуплено четыре комнаты из пяти. За последнюю комнату ее хозяйка потребовала 12 млн рублей. Городские и федеральные власти не смогли найти такую сумму, поэтому обсуждалась возможность создания музея лишь в четырех комнатах, куда предполагалось сделать отдельный от жилой площади вход.

Проведена перепланировка коммуналки, в которой жил поэт. Единственный жилец квартиры Бродского Нина Федорова, наконец, согласилась на раздел жилплощади.

Коммуналку в доме Мурузи разделят на две части, отремонтируют и откроют экспозицию в конце мая к 75-летию поэта. Работы проведены за счет 13 млн рублей, которые компания «Терра Нова» выделяла ранее на покупку отдельной квартиры для Нины Федоровой, дочери бывшей соседки Бродского, которая занимает последнюю комнату в расселенной коммунальной квартире.

Принято решение отделить почти 200 кв. метров мемориальной квартиры от комнаты, занимаемой гражданкой Федоровой. Для нее будет организован отдельный парадный вход, кухня и санузел. В настоящее время комната Нины Федоровой является проходной.

Музей разместится на площади около 200 кв м, а новая квартира для пожилой жилицы займет 75 квадратных метров. Вход в музей будет располагаться с улицы Короленко, то есть с черного входа.

План будущего музея:

1, 2 - Гардероб, касса, информационные киоски, сувенирный киоск.

3 - Экспозиция «Рождественский романс».

4 - Экспозиция «Песня невинности, она же — опыта».

5 - Коридор.

6 - Экспозиция «Песни счастливой зимы».

7 - Экспозиция «Величие замысла».

8 - Мемориальная экспозиция « Комната Бродского».

9 - Мемориальная экспозиция « Комната родителей».

10 - Туалет и служебная кладовая.

В1 - Главный вход.

В2 - Выход на черную лестницу.

Это будет пространство историческое, литературное, мемориальное.

Все остальное - оставшиеся три комнаты и кухня - это возможность представить общественную, культурную, историческую ситуацию того времени, которое важно для понимания поэзии, истории жизни, судьбы Бродского.

Музей Бродского, или «Полторы комнаты», станет филиалом музея Ахматовой.

Американский кабинет поэта из Фонтанного дома перевозить не будут.

Сейчас в «Фонтанном доме» работает выставка «Американский кабинет Иосифа Бродского».

В 2003 году Фонд наследственного имущества Бродского и вдова поэта Мария Бродская передали музею Анны Ахматовой в «Фонтанном доме» вещи из его дома в небольшом американском городке Саут-Хедли в штате Массачусетс, где Бродский преподавал с начала 1980-х в колледже Маунт-Холлиок:

Письменный стол

Секретер

Настольную лампу

Кресло, диван

Постеры,

связанные с итальянскими поездками Бродского

Его библиотеку

Коллекцию почтовых открыток

Чемодан, с которым 4 июня 1972 года Иосиф Бродский навсегда покинул родину, увозя печатную машинку, две бутылки водки для Уистена Хью Одена и сборник стихов Джона Донна.

«Часть экспозиции, связанной с жизнью Бродского, которая хранится в «Фонтанном доме», останется у нас - комментирует г-жа Попова. У «Полторы комнаты» пока просто места нет - если когда-нибудь они получат полдома Мурузи, с удовольствием отдадим это им. Тем более что сейчас Мария Бродская собирается передать нам вещи из последнего кабинета Бродского в Нью-Йорке...

Для нас, конечно же, важно открыть нашему посетителю взгляды Бродского на человека в ХХ веке, на законы поведения, законы сопротивления человека, поэта. Этот музей - своего рода музей опыта преодоления поэтом неких драматических ситуаций, которые казались ему неразрешимыми, очень сложными для него. Конечно, для полного понимания этой обстановки нужно, чтобы в музее были и видео, и документальные сюжеты, чтобы можно было слышать голос Бродского, чтобы можно было присутствовать при его диалогах с людьми близкого ему круга. Смысл такого музея, на мой взгляд, в том, чтобы открылась не только поэзия Бродского - сложная, метафорическая, но и некий нравственный опыт этого человека, который все-таки оказался победителем - победителем и времени, и пространства, как писала Ахматова о Пушкине», - поделилась своим мнением Нина Ивановна Попова.

Для музея-квартиры Бродского вход будет организован со двора.

К сожалению, конечно, не с того места, где заходила семья Бродского. В связи с этим в ходе работ по организации мемориального музея будут приведены в порядок двор и черная лестница.

Комнаты Бродских очень хорошо сохранились благодаря людям, которые жили в них после родителей поэта. Никакого капитального ремонта зв комнате Бродских не будет. Даже косметического почти не предвидится. Как можно с этими царапинами, трещинами, с этой наружной проводкой что-то делать! Ну, от пыли, наверное, избавимся. Хотя я бы и пыль можно оставить.

24 мая 2015 года в Санкт-Петербурге в Доме Мурузи открылся мемориальный музей-квартира Иосифа Бродского.

Ввиду того, что музей находится в состоянии ремонта, экспозиция будет представляться лишь один день, поэтому посетители не смогут ознакомиться с личными вещами поэта, прибывшими недавно из Нью-Йорка.